Хроники Шеридана

Ей предстояло стать приговором – острову, небу, тем двенадцати, что слетались к ней сейчас, – приговором всему сущему. И началом нового…

Он опустился на песок, поднялся по ступеням и коснулся рукой прозрачного диска, висевшего на стене у высокой арки, служившей входом: чужой не смог бы попасть внутрь – диск и арка были связаны заклятьем.

Внутри Башня представляла собой огромный полый конус, абсолютно пустой – никаких этажей или перекрытий – только узкая винтовая лестница, идущая вверх по кругу вдоль стены – до самой вершины.

Шум прибоя, крики чаек… На каменном полу – лужицы, пятна гниющих водорослей. Он заметил нескольких крабов: вороватыми перебежками они двигались в поисках выхода, – видимо, вода схлынула отсюда совсем недавно. У него вдруг возникло ощущение, что он вернулся домой… Только некому зарезать ягнёнка в честь его возвращения – и более того: агнцем должен стать он сам.

В проёме арки возникла длинная тень.

– Ахайя?

– Брат Або! – и к нему шагнул худой человек в белых одеждах, светловолосый и темноглазый.

Лицо его производило странное впечатление: высокие, туго обтянутые кожей скулы, прямой нос, необычайно выпуклый лоб, тонкие нервные губы, – и печальный, недобрый свет глубоко посаженых глаз.

Человек поднял руку в знак приветствия и, подойдя, коснулся губами его лба.

–Ты прибыл последним… – сказал он. Голос его, властный и звучный, отдался от стен гулким эхом. – Твои сомнения задержали тебя, я знаю. И знаю всё, что ты хочешь сказать. Потому не трать слов, я все равно отвечу «нет».

Они стали неспешно подниматься по ступеням лестницы, уводящей вверх.

– Близится час затмения, – говорил, чуть нараспев, Ахайя, – пора осуществить наш замысел.

– Твой замысел! – перебил его Або, сделав упор на слове «твой».

Ахайя словно не заметил этого выпада, и продолжал подниматься, медленно и торжественно, как человек, идущий в последний путь.

– Наш замысел, – повторил он невозмутимо, – ибо все вы несёте моё дыхание. Я подарил вам жизни, подобно Творцу, но в отличие от него – приобщил вас к сути Мироздания, – и он резко обернулся, приостановившись.

 – И я не понимаю, почему ты хочешь оставить всё как есть? Тебе так нравится этот мир? У тебя было достаточно времени убедиться в его несовершенстве, ведь я дал тебе на это века!

Або молчал, опустив голову.

– Опыт Творца не удался! – продолжал Ахайя. – И я… Я! – он ударил себя кулаком в грудь. – Я исправлю его ошибки! Я создам новый мир – лучше и чище.