Обжигающий север

Там обнаружилось еще одно помещение, в одном углу которого двумя поперечными деревянными балками были отгорожены олени, стояло несколько контейнеров с кормом и водой для них. А сбоку был еще один вход.

– Туалет и дальше место для помывки и стирки, – махнул в его сторону Гриф и тут же указал на вход в противоположном конце, поясняя: – Там склад, таяльня для воды и спуск в шахту с гелием.

В общем, хорошо или плохо, но жить тут вполне можно. И чего бы Риду меня сюда сразу не привезти? И сам бы время не терял, и Диторов никаких, случайно заходящих, не было бы.

Это как с едой на пассажирском звездолете – я вполне могла бы и типовыми обедами питаться, но кормил он меня натуральными продуктами. Получается, в отношении всего своего явно исповедует принцип «надо беречь». Пусть дом еще не достроен, но одна дверь уже говорила о том, каким жилье будет, так и в отношении со мной. Пусть я его и не знала, но вот такие обыденные мелочи давали понять, что видит во мне полноправную жену. А ради перспективы такой жизни я горы свернуть готова!

– Спасибо, постепенно освоюсь.

Вы не тревожьтесь, я все понимаю и к трудностям готова, – заверила я сопровождавшего меня старха и представилась: – Я – Витара.

Вернувшись в жилое помещение, сняла свитер и теплую рубашку, натянув взамен поверх футболки легкую водолазку с высоким горлом, сдернула меховые сапоги, вязаные штаны, теплые носки и переобулась. Теперь я была готова к любому делу.

– Что вы мне поручите сделать? – подошла я к гремящему посудой старху.

– Вот надо похлебку варить, – со свойственной, видимо, ему угрюмостью сказал Гриф. – Можете помочь?

– Конечно, – обрадовалась я, – только руки помою.

В санитарной зоне в сравнении с убежищем был просто каменный век. Разобралась, что руки мыть и умываться полагалось водой из ковша, который плавал в большущем ведре с водой. Осторожно склонившись над отверстием в полу, где в будущем предполагался слив, осторожно вымыла руки и вернулась к старху. Он уже засыпал бобы в большой круглый чан с водой, стоявший на своеобразной плоской спирали из очень ярко пылающих зеленых вен.

– Морус почистите? – предложил он, протягивая мне уже вымытые корнеплоды в небольшом тазике и ножик.

Кивнув, присела неподалеку и принялась осторожно срезать фиолетовую кожицу.

– Там все серьезно? – спустя некоторое время уточнила про состояние дел внизу.

Гриф только вздохнул.

– А придумать ничего нельзя? – продолжала допытываться я.