Дачный сезон

Мутный пристально смотрел на меня минуты две, потом буркнул:

– Ладно, Рябой. Иди ложись. Я теперь покараулю.

– Хочешь – спи, – ответил Рябой. – ты же знаешь, у меня бессонница.

– Да нет уж, – произнес вдруг Мутный. – Что-то у меня эта барышня вызывает легкое беспокойство. – Он вдруг покосился на уроненную мной дубинку. Боже мой, неужели он все понял? А мне-то показалось, что они ничего не заметили.

– Иди ложись, – повернулся ко мне Мутный.

Я не стала дожидаться волшебного слова, а бегом бросилась в кухню.

Там я залезла на диванчик, накрылась одеялом с головой и тут же выключилась, утомленная множеством острых ощущений.

Наутро Мутный разбудил меня рано. Причем не церемонился, а просто подошел и сбросил с меня одеяло. Так часто делала Полина, и я всегда ужасно злилась на нее, но только теперь поняла, что у Полины это получалось намного нежнее, чем у Мутного.

С ужасом подумав, что сейчас снова услышу волшебное «живо», я вскочила и встала перед ним, вытянув руки по швам.

– Сходи в магазин, – прохрипел Мутный.

 – Водки купи. И сигарет. Побольше.

Я вопросительно посмотрела на него.

– Чего смотришь? – зарычал он. – Не поняла, что ли?

– А, простите, деньги?..

– Чего? – Мутный изумленно уставился на меня и вдруг захохотал. – Ну дает подруга!

Вслед за ним заржал и его проснувшийся дружок Скворец, а Рябой улыбался своей обычной печальной улыбкой.

Понятно, водку придется покупать на свои деньги.

Я потянулась за сумкой. Черт, нужно было как-то вчера перепрятать отсюда деньги, а то еще заберут все… А как мои детишки? Неужели эти козлы не дадут мне даже поздороваться с ними?

По счастью, Артур с Лизой еще спали.

Я натянула платье и пошла в магазин.

Домик наш располагался в дачном поселке Вишневка. И многие люди жили там круглогодично. Так что магазин имелся, и не один.

Я понуро брела по тихой улице. Дачников был еще мало, мы были одними из первых. Боже мой, ведь сейчас я совсем одна и вполне могла бы позвать на помощь. Могла бы, если бы… Если бы не мои дети, оставшиеся на даче под присмотром этих скотов!

Черт, вот досада! Я боялась, я жутко боялась, что если сообщу кому-нибудь о своей беде, то эти кто-то будут действовать неосторожно, и бандиты все поймут и просто убьют детей.

И меня вместе с ними…

Поэтому я просто брела по улице с сумкой, и из глаз моих катились слезы. Я слизывала их языком.

– Оля, привет! – послышался вдруг голос над ухом.

Я подняла голову и увидела Гальку Мельникову.