Фото на память

– Вы полагаете, что ее смерть связана с… – хотела было предположить Валандра, но мэр перебил ее самым бесцеремонным образом:

– У нее были эти чертовы негативы. Ее убили из-за них!

– Значит, кто-то еще охотится за пленкой… – задумчиво проговорила Вершинина, вытягивая из лежащей на столе пачки «Кэмэла» сигарету.

– Вне всякого сомнения. – Отчеканил Юрий Григорьевич, перекладывая ногу.

– Кто кроме вас и вашей знакомой знал о существовании негативов?

– Понятия не имею! – всплеснул руками мэр.

– Мария, без сомнения, посвятила вас в то, что снято на пленку, так ведь?

– Естественно, – Юрий Григорьевич отвел глаза.

– Она сказала вам об этом по телефону?

– Да.

– И вы ей поверили?

– Не сразу, конечно. Я потребовал доказательств.

– И она вам их предоставила?

– Она прислала мне одну контрольку, этого оказалось достаточно.

– Прислала? Куда же?

– Ну, мы обговорили, как лучше это сделать… – растерялся мэр, – я дал ей адрес моей знакомой…

– Понятно. – Валандра невозмутимо выпустила в потолок сизое колечко дыма.

– Как вам сказать… Это довольно деликатный вопрос…

– Это я понимаю. Иначе зачем бы вам так срочно понадобилась эта пленка? – Не удержалась от усмешки Вершинина.

– Мне не до смеха! – одернул ее Юрий Григорьевич, меняясь в лице.

– Мне тоже, – твердо сказала она. Улыбка слетела с ее лица. Она брезгливо поджала губы. – Давайте начистоту! Пока я не узнаю, что на пленке, я ничем не смогу вам помочь.

Юрий Григоьевич явно не ожидал такой решительной отповеди.

– Вы могли бы разговаривать немного полюбезней… – обиделся он.

– Светские беседы и салонные развлечения, простите, – не мое хобби. В начале нашего разговора я сказала вам, что вы можете полностью довериться мне. Доверие клиентов – один из моих императивов. Никаких недомолвок и недоговоренностей! Вы сами должны понимать: чем больше информации – тем лучше. Я не из полиции нравов, и в мою компетенцию не входит моральная оценка поведения моих клиентов.

– Звучит убедительно. – Юрий Григорьевич взмахнул своими подвижными бровями мима и наморщил лоб.

– Итак, Юрий Григорьевич, что на негативах?

– Вы – железная леди, Валентина Андреевна, – вымученно улыбнулся он.

– Приходится, – пожала она плечами, – здесь не институт благородных девиц, – Валандра улыбнулась уголками губ.