Фото на память

По мне – поработать с ней серьезно – любой Тарлингтон сто очков вперед бы дала! Фотогенична, трудолюбива. Вот только зазнаваться в последнее время стала и как-то поглупела, что ли?

– Ты ее хорошо знал?

– Я с ней спал. Хотя это, в большинстве случаев, не показатель.

– У тебя с ней роман был?

– У меня почти с каждой из моделей рано или поздно он бывает… – усмехнулся Женька.

– Понятно. – Алискер многозначительно посмотрел на него. – И долго ты с ней спал?

– Тебя это как детектива или как мужика интересует?

– И то, и другое…

– Люблю честных людей! Не долго.

– Что так?

– Какая-то она, говорю тебе, другая стала. Капризная, мелочная, с прикидкой да приглядкой. Исчезла в ней, как бы это сказать, непосредственность, что ли. И осталась одна посредственность, – рассмеялся своему каламбуру Женька, – и в постели тоже… «Все человеческое исчезает с ее лица…» – как сказал поэт. А все-таки странно и даже жутко, согласись, когда узнаешь, что с твоей подружкой, с которой ты еще недавно в постели кувыркался, случается такое…

Женька погрустнел и принял задумчивый вид.

– «…как та пугающая лучшая подруга, что спит с тобой…» – процитировал он после небольшой паузы. Бр-р-р! Лучше поэта никто не скажет. Это Моррисон про смерть написал, – пояснил он, ловя на себе вопросительный взгляд Алискера. – А потом у нее появились деньги. Ох уж эта проза бытия! Не просто деньги, а много денег, по нашим совдеповским понятиям, разумеется.

– Откуда же у нее взялись деньги?

– В том-то и дело, что никто об этом не знал.

В общем-то, наши девчонки не бедствуют, но Машка всех перещеголяла. И это учитывая то, что работать стала меньше. То она на больничном, то просто прогуляет. Несколько заказов из-за нее задержали.

– Может, у нее спонсор какой появился? – Мамедов поднял глаза от тарелки с салатом.

– Может быть, – пожал плечами Евгений, давая понять, что ему сие неизвестно.

– А где она жила?

– Машка приехала в Тарасов со своей подружкой, Ольгой. У той мордашка ничего, только ростом не вышла для модели.

Так вот, они сначала вместе комнату снимали недалеко отсюда, а как у Марии деньги появились, она на квартиру переехала, а подружка так и осталась в комнате. Она потом секретаршей в какую-то фирму устроилась. Вообще, она с головой дружит, в отличие от Беспаловой.

– А что, та совсем уж дура была?

– Ну, дурра – не дура, – Евгений положил обглоданную цыплячью косточку на край тарелки, – витала где-то в облаках, ждала манны небесной.