Половинки из разных вселенных

– Интересно, согласится ли он участвовать в боях, если необходимую норму руды предоставят сразу несколько групп и победителя невозможно будет определить сразу? – все так же разглядывая меня, продолжил рассуждать верпан.

Я решила воздержаться от пожимания плечами, будучи не уверенной, ко мне ли вообще были обращены все эти вопросы. И вот чего ему надо? Что это вдруг за интерес к моей персоне. До сих пор всем до меня и дела не было! А вот стоило только зеленоглазому бросить мне пару взглядов, и все – я уже востребованный «собеседник»!

– Бой одного безоружного против вооруженной группы в десять противников? – продолжал рассуждать Верпан.

 – И выставить самых свирепых тартов, пообещав им, в случае победы, еще и свободу. Справятся ли они с ним?

Судорожно сглотнув от ужаса, я поперхнулась. Раса тартов была известна во Вселенной своей огромной силой, выносливостью и навыками владения любым оружием ближнего боя. В росте и мощи они не уступали зеленоглазому незнакомцу, а их тела покрывала крепкая чешуя, которую даже нейронный бластер пробивал с трудом.

Обладатели третьего глаза, расположенного на затылке, и острого слуха, они были неуязвимы для внезапного маневра или нападения со спины. И десять вооруженных тартов против одного и безоружного?! Да на это никто не согласится! Есть масса более доступных способов расстаться с жизнью. Тем более идти на эту явную смерть ради меня?!

– Такое зрелище снимет напряжение среди заключенных, позволит избавиться от самых нежелательных лидеров, – верпан развивал свою мысль, не задумываясь о моей реакции.

Да уж, они, безусловно, были расой исследователей-прагматиков… У меня в животе все свернулось от того холодного безразличия, с которым отвратительный монстр искал способ как можно надежнее и выгоднее для себя избавиться от арианца. Не то чтобы мне было жалко последнего, но побывав в роли бесправной жертвы, я была способна проявить сочувствие.

А так, лично мне предпочтительнее никому не достаться.

«С блокадой так и будет!» – утешала я себя, понимая, что намордник с меня придется снимать.

Что-то решив, верпан отошел, а я, снова растревоженная чужими планами, решила лечь спать. Завтрашний день станет для меня поворотным и, возможно, последним.

Спать предстояло прямо на земле. Мой комфорт никого не интересовал – хорошо, что тут было очень тепло, пусть и влажно.