Неразрешимая загадка

Кстати, что-то к тебе он сегодня не приставал.

– Наверное, плохо выгляжу, – усмехнулась Диана.

– Ты и правда, как выжатый лимон, – покачала головой Екатерина Васильевна. – Устала, наверное? Когда же теперь будешь к экзаменам готовиться?

– Вечером, – отозвалась Диана и задумалась: через две недели в медицинском институте начинались вступительные экзамены, и девушка очень хотела поступить на факультет педиатрии. «Поскорее бы поступить и отучиться, – замечталась медсестра. – Может, к тому времени у Ирины с Игорем родится кто-нибудь, мальчик или девочка.

Я бы их ребенка лечила…»

– Слушай, я только в этом году учиться закончила. Хочешь, я тебе лекции принесу по анатомии? – предложила Катрин, разом прервав радужные Дианины мечты.

– Ой, если не жалко, принеси… те… – улыбнулась медсестра.

– Я же тебе сто раз говорила, что разница в четыре года – просто ерунда. Давай на «ты»!

– Хорошо, – снова улыбнулась Диана.

После трудного дня напряжение немного спало. Конечно, большое количество больных не утомляло девушек так, как весть о смерти Елены.

Катрин, хотя особой скорби и не почувствовала, но все-таки за полгода совместной работы к медсестре привыкла. Поэтому Диана находила вполне естественным, что доктор тоже переживает.

У Екатерины Васильевны с раннего утра все валилось из рук. Но даже отпуск за свой счет она была не вправе взять – работать было просто некому. Поэтому она только немного чаще курила, но старалась держаться спокойно и доброжелательно по отношению даже к самым зловредным больным.

– Да… Здравствуйте… Дарья? Но у нас такой нет… Ах, вот оно что, – рассмеялась в трубку Катрин, – конечно… Диана, это тебя… Бабушка, похоже.

Диана удивилась и насторожилась: раньше Евдокия Тимофеевна ей на работу не звонила. «Значит, случилось что-то важное… – обреченно подумала девушка. – Только бы не с ним!»

Но причина у Бабуси была пустяковая:

– Ты, Горяшка, никуда одна не ездий! А то не ровен час под машину попадешь. Чего я тогда родителям скажу? Я Гоше позвонила, он тебя привезет домой.

А вечером к нам приходи, – тараторила баба Дуся, боясь сопротивления.

– Евдокия Тимофеевна, это я, Диана, – еле смогла вставить девушка, – Горяшки вашего здесь нет.

– Да это я тебе и говорю!

– Баба Дуся, а почему «Горяшка»? Вы же так только Игоря Анатольевича зовете! – удивилась внучка. – Это от слова «горе» или почти «Игорешка»? – поинтересовалась она, задумываясь над умственным здоровьем старушки.

– Не-е-ет, – протянула Бабуся.