Неуловимый Серый

Игорь посмотрел на нее как на врага народа и подумал, что все, пора врезать замок. Он дожевал яблоко, поморщился, с сожалением закрыл книгу. Бабка все это время внимательно и грозно за ним наблюдала, устроившись в другом кресле. Раньше Игорь бы непременно покричал бы, повозмущался хотя бы «для проформы», но теперь у него не было ни сил, ни желания, а был солидный опыт в общении с вездесущей Бабусей, поэтому он решил, что лучше сразу выслушать все ее очередные идеи и гипотезы.

Раньше начнешь, как говорится, раньше кончишь. Игорь вздохнул, отложил книгу и принялся набивать трубку.

– Я вас слушаю, уважаемая Евдокия Тимофеевна, – не без сарказма произнес он.

– Это хорошо, – ответила Баба Дуся, устроилась поудобнее, и Игорь запоздало понял, что своей фразой только усугубил собственные страдания. Бабка, по всей видимости, расценила ее как приглашение к долгой неторопливой беседе в стиле «Шерлок Холмс энд доктор Ватсон».

 – Ну, как у тебе дела? – живенько поинтересовалась она.

– Какие? – вяло спросил Игорь.

– Ну как же? – Бабуся заерзала. – Насчет товарища твово, что известно-то стало?

– А что известно? Пропал товарищ, вот и все, что известно.

– Это, конечно, – покивала головой Бабуся. – Ну, а с кем товарищ твой дружил, кто его видел, узнал?

– Узнал, – приврал Игорь. – Видели его в понедельник, друзья по работе.

В пять часов вечера.

– И все? – как-то странно спросила бабулька.

– Что «и все»?

– Ну, это все, что ты узнал, что ли?

– А вам мало? – не выдержал Игорь. Ему вдруг показалось нелепым, что он сидит перед этой старушенцией и ведет себя, как школьник, не выучивший урок и отвечающий на непонятные вопросы преподавателя.

– Конечно, мало, – снова кивнула Бабуся, сложила на животе сухонькие ручки и менторским тоном продолжила.

 – Я вот узнала, Горяш, куда как больше. У товарища твово, оказывается, полюбовница была.

– Вот удивили! У кого их нет? – дернул плечом Игорь.

– Ты подожди, не перебивай! Я к чему тебе все это… Нет, – тут же перебила сама себя Бабуся, – сначала надоть тебе рассказать, как я про эту полюбовницу-то узнала. Ты послушай, послушай, – настоятельно произнесла она, глянув на апатичного внука.