Вестник Зла. Герои Хаула. Книга 1

 – А я думал, что в этом городишке ничего интересного не найти.

– Вы не представляете, кого я добыл, – усмехнулся человек, который привез Нинель, и она узнала голос бородача. – Это настоящая эльфийка!

Нинель почувствовала, как ее дернули за плащ, и она соскользнула с крупа лошади на землю. Она сделала кувырок назад и попыталась подняться, но чья-то нога встала ей на спину и прижала к земле.

Эльфийка упрямо начала подниматься – подобные издевательства были ей привычны, как дыхание. Ее физических сил хватило, чтобы человек потерял равновесие и отпрыгнул от встающей на четвереньки девушки.

– Упрямая девка, – прорычал бородач. Послышались мужской смех и улюлюканье.

– Покажи лицо, – донеслись до нее слова.

Ее поставили на колени, скинули капюшон и схватили за грязные волосы. От боли Нинель пришлось откинуть голову назад. Она продолжала стоять с закрытыми глазами и ничего не видела. Послышался свист одобрения и удивления.

– Действительно эльфийка! Может, не чистокровная – посмотрите, какая грязнушка.

– Может, – ответил человек, который держал девушку за волосы. – Открой глаза!

Нинель упрямо зажмурила глаза и выругалась на саханском. Ей прилетела пощечина, а затем ее больно схватили за подбородок, впиваясь в него ногтями.

– Открывай, говорю!

Нинель рванула вбок, оставляя клочки своих волос в руках мужчины и царапая лицо о его ногти.

– Э-э-э, стой, стой! – послышались крики со всех сторон, и Нинель поняла, что сейчас не убежать – слишком много народу.

– Своенравная девка, – хохотнул пленитель. – И крепкая.

– Пойдем, покажем ее предводителю, да в путь.

Нинель подвели к какому-то человеку. Она все еще не могла открыть глаза, и услышала только его голос. Судя по всему, мужчина осмотрел ее, не упустил возможности полапать и отметил ужасное состояние.

– В фургон ее! – были последние слова так называемого предводителя, прежде чем девушку засунули в темный фургон. Там она наконец смогла взглянуть на окружающую обстановку, но картина, которая ее ждала, была слишком неприятной, чтобы стоило открывать глаза.

В темноте тесного фургона в веревках и кандалах были люди разного возраста и пола. По их изможденным, худым лицам было понятно, что в пути они давно и обращались с ними как и положено – как с рабами. Нинель яростно зарычала, давая понять, что не настроена дружелюбно. От этого утробного рыка люди начали с опаской коситься на нее.