Душа ловчего. Хроники Ипсилона

Сегодня выходной, – предлагаю, надеясь, что та согласится.

– Нет, нет! Не буду и пытаться, все равно не усну! – сдержанная улыбка касается бледных губ.

Согласно киваю, понимая, что спорить бесполезно.

С каждый днем самоотверженная забота мамы становится невыносимой. Приходится молчать и со всем соглашаться.

Раньше внимание делилось на двоих, но со смертью отца всецело досталось мне. Чрезмерная опека душит, но я терплю, ведь не хочу расстроить единственного родного человека. Да и слишком мало времени прошло.

Открытые раны в сердце еще кровоточат. А каждый мой протест отражается в ее грустных глазах. Поэтому самое разумное – промолчать и уйти.

Приняв освежающий душ, выхожу из ванной комнаты и топаю на кухню. Мурлычу знакомую мелодию под нос, наматывая на палец сырую прядь волос, пахнущую сиренью. Я могу наслаждаться этим запахом бесконечно, но не сейчас! Аромат выпечки и цветочного чая манит намного сильнее, заставляя урчать пустой желудок.

Маленькое уютное помещение залито утренним светом.

На столе две чашки, наполненные до краев ароматным чаем, тарелка с горкой из пышных оладий и розеточка с клубничным вареньем.

– Спасибо! – улыбаюсь с благодарностью.

– Не за что, милая! – радушно отвечает мама, но зеленые глаза с подозрительным вниманием следят за мной.

– Что-то случилось? – спрашиваю, заметив странный взгляд.

– Да нет! – отмахивается она.

– Мам, выкладывай! – настаиваю.

– Я волнуюсь за тебя, – ее ладони начинают разглаживать складки легкого шелкового халатика.

– У меня все замечательно!

– Тебя мучают кошмары? Ты кричишь во сне.

– Ничего не помню, – перебиваю ее. Затронутая тема меня волнует и заставляет нервничать. Чтобы не выдать чувства, беру оладью и кладу в рот. Собравшись с мыслями, говорю. – Чем сегодня займемся? – меняю тему и с трудом натягиваю улыбку. Мне всегда сложно давалась ложь. А врать матери – бесполезное дело.

– Не пытайся уйти от разговора, – она опирается о край стола, нависая над ним.

– К чему этот допрос?

Излишнее давление заставляет нервничать.

– Лизавета, кто он? – прикрикивает на меня мама.

– Понятия не имею, о ком идет речь!

– Разве нужны подсказки? Ладно! Он высокий, красивый, сероглазый, с бархатистым тембром голоса…

– Мама, перестань! – выплескиваю свое недовольство.

– А что тебя так раздражает в моих словах? Я имею полное право знать, что твориться в жизни моей дочери. А может быть… Ты встречаешься с этим парнем? – ее плечи вздрагивают.