Михаил. Любовь в подарок

Он что, серьезно смотрит наверх? Все внутри сжимается от тревоги, точно у преступницы, застигнутой в процессе совершения злодеяния. Но тут же выдыхаю, понимая, что он всего лишь проверяет окна своей квартиры. Потому как мужчина быстро теряет всякий интерес к верхним этажам и забирается в авто, а спустя еще несколько минут выводит транспорт на проезжую часть, теряясь из виду.

Отстраняюсь от подоконника и сразу ощущаю, что за время слежки изрядно окоченела. Вон, даже потряхивает уже, и зубы стучат. Пулей лечу через всю комнату и резво впрыгиваю в теплые тапки, оставленные у кровати.

Переминаюсь, пытаясь согреться, и заодно наблюдаю, как корчат мордочки собачки, нацепленные на мои ступни.

– Детский сад! Значит, Михаил у тебя недотепа, а ты-то кто сама после этого, Лита? – отчитываю себя за то, что простояла на холодном полу босиком пятнадцать минут. Закутываюсь в мягкий махровый халат и топаю на кухню. Горячий чай – самое то, чтобы отогреть заледеневшее тело и измученную тоской душу.

Ставлю чайник на горящую синим огоньком конфорку, а сама усаживаюсь на угловой диванчик, сворачиваясь в клубок. Замираю в бездействии, а вот в голове, наоборот, активно мелькают мысли, и все об одном. Красивый, привлекательный сосед, который влез в мою размеренную жизнь и подчинил себе время, сам не подозревая об этом.

Называется, переехала в квартиру покойной бабушки. И уже полтора года никакого тебе спокойствия и сна. И дело вовсе не в призраках…

Вот с чего бы мне каждое утро вставать на полчаса раньше? Ведь на работу к восьми тридцати.

Еще спала бы и спала, но нет… Нужно тайком проводить соседа, насладиться мгновением, разбередить и так кровоточащую рану. Как же без этого?

– Ну и дура! – ругаю себя, но понимаю, что поделать ничего не могу, уже пыталась. И угораздило же влюбиться так сильно, бесповоротно и безответно, но… Еще недавно у меня не было ни грамма надежды заполучить мужчину своей мечты. Михаил был женат, а теперь разведен и свободен.

По крайней мере, кажется именно так. Он приходит в квартиру один, хотя… И прежде возвращался в одиночестве. А его жена Татьяна вечно где-то задерживалась и домой не спешила. Не раз и не два заставала ее, сидящей на скамейке во дворе и мечтающей… Наверное, о том, другом.

Пронзительный свист чайника приводит меня в движение. На автомате наливаю бодрящий кофе, нарезаю бутерброды с сыром. А вот голова по-прежнему занята волнующей темой.