Vенера. В чужих руках

 – Ты голодная? Сейчас, – еле переставляя ноги плетусь в комнату, где беру халат и затем следую зову оголодавшей Васьки.

Подхожу к холодильнику и непроизвольно кидаю взгляд на электронные часы, показывающие дату и время.

Понедельник, 22 сентября, 3:00.

На автомате открываю дверцу камеры и… Замираю, точно вкопанная, а у ног вертится белая кошка, которая не ела более суток.

Вчера была суббота! Но часы категорично показывают другой день недели.

– Васечка, потерпи маленькая, – достаю пачку с кормом, и борясь с головокружением, наклоняюсь к миске.

Кошка накидывается на кусочки в желе с благодарным урчанием. А я обессиленно падаю на мягкий диванчик, вытираю выступившую испарину со лба и замечаю незнакомый бумажный пакет на столе.

Мне становится страшно. Конечно, понимаю, это не бомба, но ощущение такое, что содержимое способно взорвать мою жизнь. В этом сером свертке оказывается мой потерянный день, фотоснимки, флешка и записка…

«Детка, ты огонь! Наслаждайся просмотром.

Самые яркие моменты для тебя в снимках на память. Не забудь показать отцу и передать привет. Ви, будь хорошей девочкой, убеди папашу не предпринимать попыток меня найти. Иначе эти фото возглавят первые страницы новостных газет. Пока-пока!»

Вместо подписи, улыбающийся смайл с рожками.

В бешенстве сминаю лист с напечатанным текстом и в ярости швыряю.

У меня с самого начало возникали смутные сомнения по поводу Марка, но сексуальный поганец с легкостью очаровал меня харизмой, обходительностью и чувством юмора.

И надоедливые уговоры мамы, тоже сыграли свою роль.

Так и слышу ее слова…

«Тебе двадцать девять, а все одна. Запомни, женщина без настоящего мужика, чахнет и засыхает, как цветок в пустыне. Бери, не пожалеешь. Марк породистый самец, наверняка отличный любовник и в постели огонь».

Огонь?!

Ну не знаю! Когда мы перешагнули грань в отношениях и они стали интимными, Андреев изменился, превратившись из обаяшки и пылкого возлюбленного в похотливого типа.

Сначала меня это заводило, потом раздражало, теперь люто ненавижу.

Чувствую, как разжигает щеки и слезы текут, заливая лицо.

– Вот козел! – ругаюсь и с отвращением касаюсь колоды из фоток. Раскладываю их веером и вспыхиваю от стыда, когда вижу себя на снимках с пошлым содержанием, ведь никогда не думала, что могу быть такой.

Душевный диссонанс, порождает смятение и вызывает рвотные позывы.