Белый фрегат

 – Вы позволите, капитан? – Фейра кивнул, и принцесса продолжила очень спокойным голосом, как будто странное собрание происходило в каком-нибудь из многочисленных совещательных залов Облачной твердыни, а не в совершенно пустой каюте беглого пиратского корабля: – Быть может, прямолинейность – именно та стратегия, которая нам нужна. Вороны считаются союзниками капитана-императора, но на самом деле именно они могут оказаться тем единственным кланом, который не только захочет, но и сможет помочь всем нам.

– Это почему же? – спросил Фейра.

Вместо ответа Ризель повернулась к Амари.

Принц несколько раз моргнул, сильно покраснел и сказал:

– Говори.

– Спасибо… – Она мягко улыбнулась брату и, вновь обратив взгляд на Кристобаля Фейру, начала объяснять: – Все дело в том, что капитан-император нарушил Договор. Это ведь не просто соглашение о союзе между кланами: на момент его заключения – как, собственно, и сейчас – Корвисс и Эгретта были нужны друг другу, поэтому они уделили много внимания тому, чтобы четко и недвусмысленно предусмотреть свои права и обязанности.

Клан Цапли пообещал, что никто из нашей семьи никогда не потребует от алхимиков прибегнуть к запрещенной магии полужизни. На тот случай, если это все же произойдет, клан Корвисс сохранил за собой возможность выйти из Договора.

– Черные корабли, – негромко проговорил Хаген и дернул плечом, словно у него вдруг заболела спина. – Их создал кто-то из воронов по приказу Аматейна с помощью этой самой магии.

– Их создал, в общем и целом, Кармор Корвисс. Он же нарушил запрет на эксперименты с небесной кровью, и… – Ризель посмотрела на Амари; он кивнул. – И теперь у нас есть свидетель, готовый это подтвердить.

– Но готовы ли вороны выслушать свидетеля? – спросил Джа-Джинни, вскинув бровь. – Никто не может так просто взять и расторгнуть соглашение с самим капитаном-императором, даже Бдительные. Это ведь означает… войну.

На губах принцессы появилась едва заметная улыбка.

– Да, именно так. Будет война. И на тот случай, если вороны замешкаются на ее пороге, у меня имеется еще один… аргумент, о котором пока что рано говорить.

– Первым говорил Капитан Ворон, и сказал он так: «Братья и сестры мои! Вижу я, что люди этого мира уже не ходят на четырех конечностях, словно животные, и не пожирают плоть подобных себе. И это хорошо!» – нараспев проговорил Фейра. Брови Ризель чуть-чуть приподнялись, рот на секунду приоткрылся.