Дети Великого Шторма

А Звездочет казался по-прежнему бесстрастным, словно все шло именно так, как он задумал. Он щелкнул пальцами, и два дюжих матроса, подхватив Змееныша под руки, поволокли его прочь.

Старый пират повернулся к Эсме и Крейну:

– Сегодня Заступница преподала мне урок. Теперь я знаю, что целительский дар тоже может быть оружием. Надеюсь, Кристобаль, свой урок ты тоже усвоил… и в следующий раз, напоминаю, я уже не буду у тебя в долгу. – Он

посмотрел на девушку и поклонился ей: – Рад знакомству. До новой встречи, сударыня.

В хижине Говорящей-с-волнами было темно и пахло сушеными травами. Эсме впопыхах споткнулась обо что-то мягкое и пушистое, и оно с диким воплем рванулось из-под ног. На лежанке в дальнем углу под ворохом ветхих одеял виднелось тело женщины, и сначала Эсме решила, что после разговора со Звездочетом та отправилась к Великому Шторму. Но она ошиблась. Вокруг лежавшей еще витали мыслеобразы, а ее голос был слышен, хотя и казался негромким, словно шелест опадающей листвы.

– Крис-с-стобаль…

– Тише, – магус опустился на колени у постели умирающей. – Молчи, тебе надо беречь силы…

– Дурачок… – На лице, больше напоминающем череп, обтянутый желтой кожей, появилась улыбка. – Для чего беречь? Я и так прожила столько, что хватило бы на троих смертных… Они ушли?

Магус кивнул. Он выглядел растерянным.

– Теперь слушай м-м-меня… – сказала Говорящая-с-волнами, старательно произнося каждое слово. – Звездочет забрал мою карту, но ты должен… отнять ее… и отыскать то, что на ней… так сказал Великий Шторм…

– О чем ты? Что за карта?

– Как же ты мог забыть? – Женщина закашлялась, и Эсме положила ей руку на грудь, готовая передать часть своих сил.

Крейн наклонился, длинные волосы упали ему на лицо.

– Та самая карта, ну конечно. Я вспомнил.

– Там Она… – Умирающая ненадолго замолчала. – Нельзя, чтобы Звездочет нашел Ее первым, он всех нас погубит… – Она снова закашлялась. Эсме все-таки попробовала проскользнуть в сердце-суть – и тотчас же ее отбросило прочь.

Там, внутри, было холодно.

– Я все понял, – проговорил Крейн. – Ты считаешь, что момент настал.

Умирающая моргнула – это должно было означать согласие. Чтобы расслышать ее последние слова, им пришлось наклониться.