Первая печать

Сейчас она тебя не видит, разве не понятно?

– Но как… как же так? – пролепетала девочка, глядя на свои руки, которые то становились совершенно прозрачными, то вновь обретали некое подобие живых красок. – Что со мной такое?

«Иди ко мне».

– И эти голоса! – Она зажала уши ладонями, но лучше не стало. – Да когда же они прекратятся!

Волк посмотрел на нее встревоженно, словно желая сказать: «Что? Долго ты еще будешь медлить? Пойдем!» Ивер, дрожа, отступила на шаг: теперь все люди, собравшиеся в темной и душной комнате, казались ей чужими, злыми, опасными…

Она вдруг поняла, что должна ответить на зов белой женщины.

И все кончится.

– Ивер! – закричала Дженна. – Ивер, не уходи! Я не смогу без тебя жить!

«Не слушай ее. Ты моя. Пойдем!»

– Я не могу остаться… – проговорила она, внезапно осознавая всю правду о том, что произошло в начале зимы. – Ведь я… умерла?

«Я устала ждать. Если ты не вернешься сама, то…»

Шум и завывания ветра снаружи сменились абсолютной тишиной, и лишь снежный волк что-то сумел расслышать – он вскочил, вздыбил шерсть на загривке.

Люди тоже встревожились, но того, что случилось в следующий миг, никто из них не предвидел. Волна холода прошла по залу «Горицвета», превращая все в лед, и ничто живое не могло устоять перед приходом ледяной королевы, которая явилась за своей дочерью.

…Некогда три мира существовали отдельно – то были миры людей, дьюсов и фаэ. Они мало походили друг на друга и пересекались лишь изредка, быть может, не чаще одного раза в тысячу лет.

Но однажды Некто решил, что три мира – это слишком много, и объединил их в один. С тех пор люди, дьюсы и фаэ вынуждены делить на троих все то, что раньше каждый считал собственным. Их жизнь превратилась в вечную битву.

Дьюсы, впрочем, довольно быстро стали сдавать позиции.

А вот фаэ собирались драться до конца…

– Остановись! – сказал Теймар Парцелл, и у его голоса откуда-то появилось странное эхо, как будто сразу два человека говорили в унисон. – Зачем ты убиваешь нас? Ведь все можно решить миром.

Мертвая тишина вокруг наполнилась звоном – каждая вещь, превращенная в лед, вторила голосу королевы ледяных и снежных фаэ, который человеческое ухо расслышать бы не сумело.

– Верните ее, – сказала королева. – Она ушла, она пропала, потерялась в вашем мертвом мире, где покоренные дьюсы каждый миг взывают о помощи. Отдайте ее мне!

– Пусть она сама решит! – бесстрашно заявил Парцелл, и звон стал таким громким, что люди едва не оглохли.