Екатерина и Потемкин. Тайный брак Императрицы

Маленький Монплезир куда уютней большого Зимнего, но Монплезир – это для Великой княгини, а императрице придется что-то свое за городом строить; Потемкин уже слышал, что хочет в Царском Селе летнюю резиденцию делать, но это пока проекты…

Секретарь доложил императрице о приходе Потемкина и пригласил его в кабинет.

Самые сладкие мечты были тут же разрушены – в кабинете сидел Орлов. Присутствие Григория делало встречу серьезной и почти официальной. Потемкин склонился перед императрицей, сидевшей за малым столиком, заваленным бумагами.

Екатерина кивнула:

– Проходи, Григорий Александрович, у меня к тебе дело, большое и важное.

Орлов усмехнулся, продолжая разглядывать какую-то табакерку.

– Рад служить, Ваше Величество.

Орлов заметно прислушивался, хотя старательно делал вид, что разговор его не интересует. Екатерина стала говорить о том, что пора учиться управлению государством.

– Ты, Григорий Александрович, я чаю, хорошо знаком со многими церковными вопросами, мыс тобой не раз о том говорили.

Хочу, чтоб ты представлял меня в Синоде.

Из кабинета Потемкин уходил уже помощником обер-прокурора Синода Ивана Ивановича Мелиссино, только что назначенного на этот пост. Предлагая Потемкину стать помощником Ивана Ивановича, императрица чуть лукаво усмехнулась:

– Знаешь ли такого?

– Знаю, – то ли смущенно, то ли горделиво отозвался Потемкин.

– Хочу, чтобы он о тебе отозвался, как в первый год, а не в последний.

Понимаешь, о чем речь веду? Коли все понял, иди к себе, подумай, а завтра приходи, я тебе наставления дам и обер-прокурору представлю.

Когда Потемкин вышел, Орлов осторожно поинтересовался:

– А что за отзывы?

– Когда Иван Иванович только стал ректором Московского университета, Шувалов поручил ему представить 12 лучших учеников Благородной гимназии при университете императрице Елизавете Петровне. Я сие помню. Потемкин был одним из них.

Императрица посоветовала ему в гвардию идти и сделала его капралом лейб-гвардии Конного полка.

– Не помню я его в те времена в гвардии…

– Он в Москве жил. Видишь, Гриша, с каких времен я Потемкина знаю. Только его точно сглазили, учиться после того случая перестал вовсе, не считал интересным на лекции ходить, вот его и отчислили за нерадение. Мелиссино сердит был на него очень, мол, голова такая, что редко сыщешь, а в ней ветер гуляет.