Кочумай, Кочебей. Старая история из жизни детективного агентства

Хотя они с Киром договорились, что когда тот отшагает свои семь сотен шагов, он позвонит сюда или приедет в пять часов. Не выпуская книгу из левой руки, Пит дотянулся до телефона и снял трубку.

– «КП» слушает, – бросил он привычную фразу.

– Это частное детективное агентство? – кокетливо поинтересовался женский голос.

– Что-то вроде этого, – скучно отозвался Пит.

На том конце провода помолчали, а потом вполне нормальный голос задал прямой вопрос:

– Это Кириллов или Петров?

– Что вам угодно? – попытался увильнуть Пит.

– Мне бы хотелось знать, с кем я разговариваю.

– Мне бы это тоже было интересно, – улыбнулся Пит.

– А давайте тогда встретимся! – вдруг предложила она. – Это касается Кочубея… Я жду вас через пятнадцать минут на ступенях Михайловского замка. Успеете?

– Я постараюсь. А как я вас узнаю?

– Узнаете, никуда не денетесь! – быстро хихикнула она и бросила трубку.

«Как в кино!» – недовольно подумал Пит. Но ведь и не пойти было нельзя. Он с грустью оглядел помещение, которое жаль было покидать, положил закладку в книгу, написал Киру записку, вышел и захлопнул дверь.

Обогнув собственную машину, он пошел к Летнему саду пешком. При всех раскладах это получалось быстрее.

Глава 6

На ступенях Михайловского замка стояла единственная девушка с тяжелыми светлыми волосами.

– Как в кино, – сказал Пит, подходя к ней.

– Меня зовут Лена, – сказала она сразу. – Значит, вы Петров, а не Кириллов.

– Пит, с вашего разрешения.

Он вспомнил слова Тани Кочиной: «Славка если в кого влюбится, можно клеймо ставить: золотая…» Вот и характеристика, и гадать на кофейной гуще не надо, кто перед тобой.

Пит всегда испытывал слабость к ясным серо-голубым глазам, обведенным темными ресницами. Такие глаза были у его мамы, и уж тут поделать было ничего нельзя – видимо, очень долго он смотрел в эти глаза, когда был ребенком.

– Пит, – скривилась Лена. – Почему это, интересно, надо называть себя на западный лад? Вы еще скажите, что Кириллов – это Кир.

– Да, Кир, – подтвердил Пит. – Так сложилось исторически. Он много лет был Киром по причине не столько фамилии, сколько пристрастия к алкоголю. А я, став его учеником, по аналогии получил прозвище Пит, которым сильно горжусь. Так что извините великодушно, но он – Кир, а я – Пит, сокращенно «КП».

– Ладно, не оправдываетесь.

– Я никогда не оправдываюсь, я пытаюсь объяснить то, что может быть непонятным для людей непосвященных, но мне симпатичных.