Тезей и Ариадна. Нить любви

Но и просто спихнуть в море этого юнца тоже нельзя, если он действительно имеет отношение к Посейдону, то и до Крита можно не доплыть. Гнев Бога морей и Колебателя земли может быть страшен, это Дексий уже видел. Больше всего кормчий досадовал на то, что согласился взять в качестве пятнадцатого данника сына царя Эгея. Теперь, что бы ни произошло, виноватым окажется он сам, царь Минос не простит оплошности.

А с Тиры и впрямь нужно поскорей отплывать, Русос прав, слишком сильное колебание земли, в море слишком много погибшей рыбы, слишком обильные клубы дыма с верхушки Тиры.

и все это с того дня, как корабль с данниками Афин пристал к берегу. Но что, если такое же случится, когда они войдут в гавань Амниса?

Для себя Дексий решил, что не станет приводить корабль в царскую гавань Амнис, пристанет к берегу острова Диа, пусть оттуда забирают оставшихся афинян и этого Тезея. И пусть царь Минос и Верховная жрица Богини-матери решают, стоит ли допускать его в Кносс.

О том, что вынужден встать на ремонт в Акротири, Дексий уже предупредил Кносс, но царя не было в Кноссе, он с семьей и многочисленными придворными отправился на Родос, когда вернется, не знал никто.

Но в Кноссе и без царя порядок, Верховная жрица ведь на своем месте, как и многие другие чиновники, кто следит за жизнью на Крите. Пусть царь гуляет…

Впереди действительно был Крит.

Они плыли прямо на юг, спины гребцов припекало, а кормчий был вынужден прикрывать рукой глаза от слепящего солнца.

– Эй, нам нельзя смотреть на солнечные блики на воде, не то к вечеру будут красными и слепыми глаза, – предупредил товарищей опытный Идас, чем вызвал одобрение их надсмотрщика:

– Верно говорит. А ты, парнишка, годишься для флота царя Миноса.

– Для какого еще флота? – усомнился Идас.

– Самого мощного флота в мире! Я постараюсь, чтобы ты попал на мой корабль.

– Вот еще! Как это я могу попасть на корабль, который возит пленников?!

– Тебя никто спрашивать не станет. Кроме того, я в первый и последний раз плавал за пленниками, это не моя работа. Я кормчий царского пятидесятивесельного корабля.

– Сколько?!

– Да, полсотни весел и мощный парус, чтобы он летел по волнам быстрее ветра.

– А далеко вы ходите?

– По всем морям, куда только пожелает царь Минос.