Жена архимага

А покидать дом, которому принадлежит, без его хозяина ни один домовой не способен. Оттого действительно не любивший сладости и любого рода публичные сборища архимаг сподобился на совместный выход.

Все ради удовольствия непримиримой Флориан!

– Другое дело, – с удовлетворением заметил мужчина, рассматривая платье сочного зеленого цвета, которое идеально – он так и представлял это себе, когда увидел у портнихи, – смотрелось на миниатюрной фигурке Фло. – Признай же, тебе просто нравится, что я лично вынужден заботиться о твоем гардеробе.

– Это не мой гардероб, – упрямо отрезала магиня. – И я не хочу отправляться в кондитерскую!

– Лжешь… – с усмешкой и излишней страстностью прижав к себе девушку, маг мгновенно переместился к входу в указанное заведение. Оно принадлежало едва ли не единственному свободному домовому в королевстве Даргон и его семье. – Я не дал тебе закончить с выпечкой. А ты любишь сладкое. А еще – ты хотела сюда попасть, как-то упомянула, что рассчитываешь попробовать нечто новое, а возможно, и узнать рецепт.

Флориан слегка растерялась: не ожидала, что Нарг запомнил ее ворчание, которое даже не ему было адресовано. Оттого послушно вслед за своим спутником перешагнула порог известной на все королевство кондитерской.

Стоило столь значимой персоне, как магистр магии, появиться в кондитерской «У дядюшки Брр», навстречу поспешил сам хозяин – домовой почтенного уже возраста с убеленными сединой бакенбардами.

– Огромная честь для нас, – начал он с низким поклоном, которым обязаны были приветствовать сильнейших магов представители низших каст, но был прерван пренебрежительным кивком.

– Брысь! – шикнул на него маг, едва ли удостоив взглядом. – Я не желаю, чтобы мне кто-то надоедал. Обеспечьте все необходимые кушанья, что выберет моя спутница, соответствующую моему статусу сервировку стола и… исчезните.

Нарг не заметил, как потухли глаза Фло, с сочувствием, грустным пониманием и стыдом посмотревшей на крепкого пожилого мужчину с острым и внимательным взглядом – хозяина кондитерской. Ей было неловко и одновременно отчаянно обидно за весь их род, что совершенно ни во что не ставили полноценные маги.