Нереальная реальность

Так продолжалось несколько месяцев. И я начала чувствовать сильную усталость. Днем просыпалась с головной болью, а книга никак не заканчивалась. Мне срочно требовался отдых. Поэтому я решила завершить историю романа, разбить его на две части и написала в конце книги, что продолжение следует. И вздохнула с облегчением.… Отнесу рукопись в редакцию и забуду на некоторое время о книге. Впереди меня ожидает приятный отдых, неделя ничегонеделания мне крайне необходима сейчас!

Я вышла на улицу в хорошем настроении.

Светило ярко августовское солнце. Времени до встречи с редактором было предостаточно. Я постояла немного у подъезда родной многоэтажки, наблюдая  утреннее оживление на улице. Люди торопились по делам или на работу, озабоченные мамы вели не выспавшихся детей в детский сад.

Я глубоко вдохнула городской воздух. Лето подходило к концу, а я так и не съездила к подруге в деревню, где она гостила у родителей. Есть возможность исполнить обещанное. Каждую неделю мы созванивались с Людой, и я слезно повторяла, что соберусь обязательно, что очень скучаю, что постараюсь… Я набрала по мобильнику номер подруги.

– Привет, Людок! Сообщаю тебе хорошую новость. Завтра ожидай меня в гости. Первую часть книги несу в редакцию и устраиваю себе недельные каникулы!

– Ритка, я так привыкла к твоим обещаниям, что уже не жду тебя, – с недоверием в голосе, сообщила мне Люда, но добавила, что надежда умирает последней! Я ценю мою подругу за оптимизм и иронию, которая всегда к месту.

Всего-то, три часа пути на автобусе, и я увижу Людмилу и ее чудесного двухлетнего карапуза…

Глава 2. Потрясение.

Редакция была в двух кварталах от моего дома. И я решила пройтись пешком, насладиться погожим днем уходящего лета, чтобы зимой с теплотой в сердце вспоминать один из немногих моментов, когда я никуда не спешила и была всецело довольна своей жизнью.

Зазвонил мобильник. Это был Степан Савельевич, который очень извинялся и просил перенести нашу встречу на два часа позже.

Я успокоила редактора. Чудесный человек! Он был всегда корректен и дипломатичен со мной и другими авторами книг, которых я знала. Тепло и по-отечески хвалил мои романы, а это было бальзамом для меня, начинающего писателя. Тактично указывал в черновых текстах на то, что желательно исправить, чтобы заинтриговать или восхитить читателя. Его беседы за чашкой чая были для меня бесценны….