Жизнь счастливая, жизнь несчастная

Я с трудом видела, что изображено на доске и не понимала, о чём говорит лектор. Его слова рассеивались в воздухе, словно стайка мотыльков, и до меня долетали лишь обрывки слов. Я перестала понимать, где нахожусь и зачем мне всё это надо. Мне пришлось купить много книг, которые, как выяснилось, не слишком-то были нужны. По вечерам со мной случались приступы. У меня темнело в глазах, воздуха не хватало и было ощущение, что меня закрыли в тесной коробке. Мама посоветовала мне нюхать нашатырь, и я вдыхала резкие пары, как только чувствовала, что слабею.

У меня сильно ухудшилась память и упало зрение. Я пила таблетки глицина, но казалось, память становилась ещё хуже. Сестра в шутку говорила, что мне надо перестать пить таблетки и память восстановится. Однажды я забыла спортивную форму на физкультуру и мне пришлось возвращаться за ней обратно. У меня не было ключей от домофона и я простояла около часа у дверей подъезда, в напряжении ожидая, что кто-нибудь выйдет. Мне до сих пор снятся сны, в которых я не готова к физкультуре и мне приходится возвращаться домой, чтобы переодеться.

Занятия проходили в разных корпусах, которые были разбросаны по всему городу. Приходилось ездить на автобусе с одного занятия на другое, а затем выслушивать недовольных преподавателей, которые сердились на то, что студенты опаздывают на их предметы. Мне нравилась непринуждённая обстановка на английском языке и физкультуре. Интересно, что в школе было так же. Но в университете даже физкультура стала меня утомлять. Как-то во время бега я почувствовала, что нога в области голеностопа словно окаменела.

Я не могла согнуть ступню и ощущала боль, когда пыталась это сделать. Я продолжила бег, шлёпая несгибаемой ступнёй по асфальту, и ничего не сказала преподавателю. Я никогда не умела обращаться ко взрослым, и не испытывала желания делать это.

Новосибирск – огромный городище, он занимает третье место в России по количеству проживающих в нём людей. Такая маленькая несмышлёная девочка как я могла с лёгкостью в нём затеряться, что однажды со мной и произошло.

Мне надо было вовремя явиться на лекцию, но я вышла не на той остановке и долго не могла найти ни одного прохожего, чтобы спросить дорогу. Озиралась вокруг, но не видела ничего, кроме молчаливой пустоши из многоэтажных серых домов, в которых бродили тени. Наконец я увидела одиноко идущую девушку, и направилась в её сторону. Я с трудом её догнала, она шла гораздо быстрее меня, а я чувствовала себя маньяком, преследовавшим жертву.