Королева Ведьм

Не будет же он говорить, что у меня нож украли, пустите к ней!

Не успев расположиться и подумать, как послышались быстрые шаги. Когда дверь распахнулась, передо мной стоял не тот любящий и грустный мужчина, а дикий зверь, воин, готовый растерзать убить любого! Он твёрдыми уверенными шагами подошёл ко мне. Подойдя прошипел как гадюка:

– Отдай!

– Что? – искренне не понимающими глазами смотрел на него.

– Радость, которую у меня взяла.

Я потянулась к его груди руками.

– Так я готова тебя целовать весь день и всю ночь.

Он схватил мои руки, отшвырнул меня от себя так, что я всем телом уткнулась в стену.

– Отдай! – Требовательно заорал он.

– Что? Скажи, что потерял? – тихо спокойно смотрела в его глаза.

– Отдай по-хорошему! – И замахнулся на меня рукой.

Я заплакала.

– У меня ничего нет! – крикнула я, – Кроме твоего сердца! Ищи, хоть всю камеру переверни! Нет ничего у меня более. Ищи! – и ещё сильнее стала плакать.

Его гнев как-то сразу поостыл. Может и впрямь где-то в другом месте потерял.

Но всё же потребовал, чтобы я встала. Ощупал меня всю, обшарил камеру, мою лежанку и замер посередине комнаты в недоумении. А я возьми да посмейся про себя, что ещё в навозе не ковырялся. Он тут же прочитал всё, достал меч и стал шуршать там, раскидывая его по всей моей хате. Меня это почему-то забавляло, и я стала смеяться. Сначала по-тихому, потом всё громче и громче. И вот мой голос раскатом гулял по всей тюрьме. Переворошив весь навоз удалился под мой истерический смех, сожалея, что я не сгорела на костре, так как сейчас, по его мнению, я сходила с ума.

С тех пор моего смеха стал бояться ещё и надсмотрщик. И когда я начинала прикормёжке смеяться над крысами, он начинал молиться и спешил удалиться от моей камеры. Больше у него не возникало любопытства заглянуть ко мне с мыслью: «А что она там делает?» Я была довольна, что так всё произошло, потому что меня точно полгода никто не хватится, а может и год.

Заполучив нож, я легко и быстро сделала снегоступы.

Расщепив доску из лавки на множество щеп, вымочила их, а потом придала нужную форму. Провела испытание, побросав их в грязевую жижу. Через месяц после гостя была готова к побегу.

Идти по грязи надо было налегке. Всё оставляла здесь. Навела порядок в комнате. Сняла свой гамак и шторку, чтобы не привлекать внимание к решетке, когда будут меня искать. Положила все шкуры на лавку, закрыла его одеялом, как будто кто-то там спит.