Уроки бессмертия

Он производит впечатление строптивого красавца, и на его выбор не так легко повлиять, как оно может показаться сначала. Другая – девчонка, ее я отверг сразу. Иначе она быстро превратится из ученицы в твою любовницу…

Джулиан не удержался и рассмеялся, после чего укоряюще заметил:

– Ты так говоришь, как будто меня на расстояние вытянутой руки нельзя подпускать к прекрасному полу! Я же не помешанный на женщинах маньяк, а адекватный человек, вполне способный отвечать за свои поступки и контролировать эмоции.

– Иногда у меня складывается впечатление, что все совсем наоборот, – покачал головой Дик и вернулся к прерванному рассказу. – Мальчишка… Венс оказался в их компании самым юным. Однако он смотрит и держится так, как будто разменял не один десяток лет. Его глаза горят не легкомыслием, как у его товарищей, а проницательностью. Сейчас я, может быть, ни в чем не убежу тебя, но, поверь мне, парня достаточно один раз увидеть, чтобы никогда уже не забыть. Ты должен встретиться с ним.

Найди время.

– Ты уверен, что я не разочаруюсь в этой встрече? Сейчас у меня на счету каждая минута. А нищий мелковозрастный скоморох… это все-таки слишком!

– Сходи – и увидишь. Они остановились на Базарной площади.

– Хорошо. Завтра же я загляну к ним.

Дик неторопливо допил свой чай, затем налил себе еще чашечку. И еще. А потом еще одну. Уже близился рассвет, когда Джулиан понял, что друг просто издевается над ним, не торопясь покинуть гостеприимный дом. В притворном возмущении взашей вытолкав наглеца в потайной ход, король Кэрриса сразу же завалился спать.

После недельного отдыха от мирской суеты он с непривычки чувствовал себя ужасно утомленным; трудный день и бессонная ночь совсем измотали его.

Глава 3

Семейство Гарлинда

Короля Кэрриса разбудило присутствие рядом кого-то постороннего. Он почувствовал, как ласковые пальцы нежно прикоснулись к его волосам, осторожно приближаясь к щеке. Он уловил знакомый аромат духов, чуть сладкий, дразнящий.

Джулиан, не открывая глаз, совсем по-кошачьи потерся щекой о ласковую ладонь и с необыкновенной теплотой в голосе прошептал:

– Флора, любовь моя…

– Просыпайся, милый. Скоро полдень, правителю не пристало так долго валяться в постели, – шелковые девичьи губы легко коснулись губ Винтера, но тот неожиданно резко сел на кровати, отстраняя девушку, и, удивленно распахнув глаза, переспросил:

– Уже полдень?! Не может быть!

– Да, дорогой.