Уроки бессмертия

Из-за этого папа-король, к этому времени успевший изрядно подразориться на похоронах, лишается ума и в порыве безумия выбрасывается из окошка. И в завершение голос за кулисами победно сообщает, что вскоре эта страна вообще была стерта с лица земли.

«Слишком мрачно!» – скажете вы, но для жителей Англии XIII века, закаленных демонстративными казнями, чуть ли не каждый день устраиваемыми Инквизицией (в те времена это была единственная организация, упорно не желавшая даром есть свой хлеб и наслаждавшаяся своим повышенным трудоголизмом), это было довольно приятное зрелище, так называемый лакомый кусочек на закуску.

А также лишнее доказательство (и весьма утешительное) тому, что без бедных богатые не живут.

Именно поэтому в этот мрачный осенний денек, выдавшийся на удивление тихим и безветренным, на одной из многочисленных площадей Эш – столицы английского королевства Кэррис – собралась такая толпа. Неделю назад здесь остановились бродячие артисты, дни и ночи напролет готовые развлекать благодарную публику то комедиями, то трагедиями, то фокусами, то цирковыми номерами и шутками.

Мастера попались на все руки.

Драма подходила к своему логическому завершению, и толпа, в который раз просматривавшая один и тот же сюжет, опять рыдала и готова была рукоплескать буквально после каждого слова, оброненного артистами, – настолько профессионально, естественно, безошибочно и красиво они сыграли свои на первый взгляд банальные роли. После каждого нового выступления в представлении можно было найти ранее упущенные прелести, а главное, можно было бесконечно долго любоваться на умелых красавцев-актеров.

И небольшой балаганчик скоморохов использовал это обстоятельство напропалую, извлекая для себя немаленькую прибыль.

Наконец драма завершилась первоклассным падением престарелого короля из окошка. Все ранее умершие герои на минуту появились на сцене и принялись раскланиваться перед разразившейся бурными рукоплесканиями публикой. Под ноги им полетели мелкие монетки и головки дешевых полевых цветов.

Овация продолжалась минут пять, и со стороны артисты начинали напоминать сломанные раскладушки, то и дело сгибающиеся и разгибающиеся. Но потом на сцену вышли клоуны и акробаты, и любимцы публики все-таки смогли удалиться за кулисы, представлявшие собой две чисто символически повешенные занавески, за которыми трибуна, служившая сценой, сразу же обрывалась. Недалеко от нее расположились вагончики скоморохов.