Страшная сказка о сером волке

– Хороший ты парень. Жена твоя забот знать не будет, – вроде и на манер почтенной матроны, но и с истинной верой в душе, предрекла ему.

– Госпожа Лари, – засмущался парень, – будь вы годков на пять помоложе – женился бы на вас. Добрая вы женщина.

Он сказал, желая меня уважить, да только за живое задел.

«Не женится никто на мне, одной век свой проводить» – думала я, с благодарностью отправив молодого лесоруба домой, стоило ему меня проводить. Тяжело было на моей душе.

Присев на скамью у окна, вспомнила, как впервые увидела Гриню.

В тот день тоже возвращалась с ярмарки домой, и тоже услышала окрик:

– Госпожа Лари?

Оглянувшись, заметила мальчишку, что явно спешил догнать. Одет небогато, но чисто. Рубаха линялая с братского плеча, но теплая, и заплата на плече пришита ровно.

– Чего кричишь? – По-старушечьи покряхтев, остановилась.

– Мать послала вас найти, беда у нас. Я уже и к дому вашему сбегал, но так и подумал, что на актеров заезжих вы пошли смотреть.

И тут я вспомнила, чей мальчишка будет – сын вдовы одного из местных плотников.

С двумя сыновьями женщина осталась, когда муж ее с лесов высоких рухнул. Поговаривали, что на прочные бревна глава городской поскупился, согнав строителей для постройки часовни.

А как не стало хозяина, трудно семье пришлось. Старший из сыновей пошел на работы наниматься, груз ответственности за кусок хлеба на плечи свои принял. И опять беда у них?

– Что случилось у вас? – Не помнила я, чтобы вдова плотника хоть раз ко мне обращалась.

С хворями они сами боролись, поначалу не на что было даже знахарку позвать.

– Брат мой старший… – отдуваясь и переводя дух, затараторил паренек (на вид лет шесть ему, но может и больше – больно худой!). – Седьмицы две назад, когда для рва городского мужиков колья заготовлять отправили, руку поранил. Думал, царапина, на Грине нашем все само заживает. А только не в этот раз… Какую ночь лежит, в себя не приходит. Матушка ему и припарки из коры древесной делала, и настойкой своей травяной поила – без толку.

Вот вам кланяться велела…

Сердце защемило: душа целителя к чужой боли безразличной остаться не может.

– Дорогу к дому показывай, – едва не позабыв «про возраст», немедленно решила я помочь и молодому лесорубу, и семье их – повторной утраты кормильца им не пережить.

Жилище бывшего плотника смотрелось… надежным. Пусть и нет кованой двери, да красивых занавесей в окне, а видно, что уход за домом имеется.