Единственный дракон. Книги 1 и 2

Нет, в её злое колдовство он не мог верить. Он поступил так и не иначе потому, что захотел этого сам. А она казалась просто маленькой мушкой, попавшей в лапы к пауку – это сравнение больше походило на правду.

– Я просто прошу этого человека признаться, и обещаю ему свое содействие, – маг обвел взглядом зал.

Да-да, именно весь зал.

Легкий шелест пробежал по толпе. Маг ждал. Только напрасно. Ардай не собирался признаваться, а больше было некому.

Вперед выступил имень Гаррат и сказал:

– Господа, нам ясно, почему заподозрили наших сыновей.

Они все отличные наездники, и все имеют некоторое, весьма отдаленное, кстати, сходство. Но оглянитесь! Решительно все, собравшиеся в этом зале – наездники! Именно сейчас в Аше как никогда много наездников! И почти четверть из них имеет то же отдаленное сходство. Почему тогда избраны эти?

Ответил наместник:

– Мы сразу исключили тех, чья непричастность очевидна. Например, тех, кто был на виду у своих товарищей. И людей господина инспектора.

– Но почему? – удивился Гаррат.

– Потому что я доверяю своим людям! – громко заявил инспектор. – Каждому!

– Господин маг тоже доверяет? – спросил дядя Ильмар. – Разве человек господина инспектора не может стать жертвой колдовства? Разве любой, даже плохой наездник, не попытается в минуту серьезной опасности завладеть чужой птицей? А может, чары колдуньи и здесь могли ему помочь? И потом, Дин Каюб знает, конечно, что обитель отшельниц – это дом Моля. Это особый дом, в котором горные колдуны теряют силу, особенно в некоторых его комнатах…

Маг посмотрел на дядю Ильмара и согласно кивнул.

– Надо думать, колдунью заперли в нужной комнате? – продолжал тот. – Это значит, что колдунья не могла заколдовать случайного человека и использовать его. Её помощник – не случайный человек, а какой-то её давний пособник, что удивительного в том, что здесь его нет? Господа, вы закинули сеть, сквозь которую уйдет любая рыба.

– А если не там ловить, то рыбе и уходить не надо, – добавил имень Герх. – Господин наместник, может быть, наши сыновья принесут именьскую клятву, что они ни при чем, и закончим на этом?

– Да! И у наших сыновей тоже найдутся свидетели, которые могут подтвердить их непричастность!

– Нет! – крикнул инспектор.

 – Мы не можем доверять именьской клятве, если её произносят жители Приграничья. Они давно забыли, что такое честь именя, замешанная на крови и подтвержденная благородным оружием. Другой цены здесь быть не может! Мои люди уже поклялись.