Непростое наследство

Она вышла на минутку и вернулась с довольно большой плоской шкатулкой, раскрыла её.

В шкатулке лежали туфли и ещё какие-то мелочи.

– Это принадлежало леди Кенталь, вашей маме, – понизив голос, объяснила экономка. – Шкатулку нашли на чердаке и отдали баронессе, она велела сжечь. Как хорошо, что я увидела и забрала в последний момент.

– Спасибо, эсса, – голос девушки дрогнул, когда она вынула из шкатулки туфли.

Маленькие, изящные бальные туфельки, из тонкой мягкой кожи медового цвета, каждую украшала небольшая роза из хрусталя, с тронутыми позолотой лепестками.

Туфельки были немного стоптанными, видимо, мама уже надевала их на бал. В то же время они остались достаточно крепкими для того, чтобы надеть их ещё не раз.

– И вот это, – экономка достала со дна шкатулки горсть серебряных шпилек с хрустальными головками и изящный браслет из таких же хрустальных бусин.

– Зачем же жечь, так красиво, – пробормотала Лила.

Да, не драгоценности, но и не совсем дешёвые украшения, и они мамины.

Лила примерила браслет, повертела рукой и нехотя сняла. Пожалуй, она наденет его… когда останется одна в своей комнатке. Иначе мачеха заметит, будет спрашивать, рассердится.

– Это не совсем то, что вы подумали, – экономка заговорила ещё тише. – Это не просто безделушки. Это колдовские вещички, я уверена. Только вот не знаю, как ими пользоваться.

– Колдовские?! – Лила чуть не выронила браслет.

– Именно, – многозначительно кивнула экономка, – я ведь раньше служила у леди Эльянтины, давно, когда ваша матушка ещё не вышла замуж.

Помню, что эту шкатулку леди Кенталь привезли в подарок. Горничные болтали, что якобы, если имеешь колдовской дар, можно с помощью этих вещей преобразиться до неузнаваемости. Конечно, точно никто ничего не знал. Нужно показать это какому-нибудь колдуну, а ещё лучше – спросить у леди Эльянтины. По правде говоря, я ей уже написала.

– Хорошо. Спасибо, эсса Нида! Но не стоило, – Лила аккуратно закрыла шкатулку и поставила на скамью рядом с собой, – леди Эльянтине давно отправили приглашение, и уже был ответ, что она не приедет.

– Надо же, – вздохнула экономка. – Она колдунья, а колдуньи все немного не от мира сего. И она считает, что в её возрасте уже не до суеты. Но она всегда помнила о вас и заботилась. Как жаль, что тогда, тринадцать лет назад, ваш батюшка не отдал вас ей на воспитание.

– Мне не жаль, – пробормотала Лила, – хотя, конечно, она дала мне приданое. Я ей очень благодарна.