Королевская невеста

Они вернутся в сторожку, и те двое решат, что это она привела толпу вооруженных всадников! «…никто их тут не найдёт! Если ты не приведёшь. Ну или твоя сестрица», – это сказала белка…

– Ваше величество! Я умоляю вас, ваше величество! Я поклянусь, чем хотите! Мне будет очень плохо, если вы… Будьте милостивы, ваше величество! – она заплакала, беззвучно, хрустальные слёзы покатились по щекам.

Она не специально, просто не смогла сдержаться. В лунном свете – как услужливо выглянула луна из-за облака, жёлтая и круглая, – девушка казалась нереально красивой.

Смотреть больно, тронуть страшно – отстранённо подумал король. Ну и к чему это всё, если решения приняты? Сидел бы он сейчас с графом, пил вино и старался не поддаться на графские провокации. Или отменял бы подати и пошлины, все демоны графу за шиворот…

– Хорошо. Не плачь. Я не поеду по твоим следам, вот тебе моё королевское слово. Моё против твоего, да? Но я хочу маленький подарок. На прощание. И тут же тебя отпущу.

– Ваше величество?.

. – отчего-то испугалась Азельма.

– Подари мне поцелуй. Всего один.

– Ваше величество…

В её голосе ему послышалась обида. Разочарование. И что-то ещё.

Ну конечно, эта толпа придурков её напугала. Насчет чего они зубоскалили – зацеловать её, повалять на ближайшем сеновале? Вот, и он туда же…

С ним что-то творилось, его потряхивало от волнения. Такое вино подавали за обедом, что ли? Так он почти не пил, стараясь сохранить голову светлой.

Он больше не увидит эту девочку.

Никогда. Только один поцелуй. Король он или не король? Он любую может выдать замуж за кого пожелает. Вот он и желает, сделать её своей на один миг. Оставить невидимую метку на её лице… на её памяти. На своей памяти.

Дурные желания, дурные мысли, он похож на идиота. Может, в вино и правда что-то подлили, какое-нибудь приворотное?!

– Я согласна, ваше величество! – она вскинула подбородок.

Слезы высохли, и теперь она смотрела с отчаянной решимостью. Ни дать ни взять маленькая синичка, которая кидается защищать своё гнездышко от кота.

Которая готова даже на то… чтобы его целовать. Смешно, досадно, и хочется это исправить. Чтобы эти губы распробовали сладость, чтобы эти глаза взглянули иначе.

– Ты боишься? – негромко спросил он. – Расскажи мне, чего ты боишься? Ради чего согласилась?..

– Нет-нет, ваше величество. Я вас не боюсь! Уверяю вас… – и ещё больше отваги и решимости, и истовой мольбы покончить скорее с этим испытанием.