Кольца Лины

Кто тут «все сделает» без меня, что-то никого не видать?

– Как смотришь, как смотришь?! Ну что за нахалка? Тебя не учили, как себя вести девушке твоего положения?

Как я смотрю? Ну верно, уставилась на нее с возмущением, а как на нее еще смотреть в такой ситуации? Наверное, все же хорошо, что я немая, а то бы еще и сказала… что-нибудь.

Просто сумасшедший дом.

Дальнейшее понеслось по тем же рельсам, то есть ощущение сумасшедшего дома лишь нарастало, потому что в другом конце коридора появилась еще одна персона.

Она стремительно подошла, неся перед собой светильник без стекла – вцепилась в него обеими руками так, словно боялась уронить. Молоденькая девушка, лет шестнадцати-семнадцати, как мне показалось. В ее глазах, кажется, притаилось по молнии, готовой выпрыгнуть и дотла испепелить вредную тетку-экономку.

– Что это такое? Что это значит, Нона?

– Все в этом доме значит лишь, что приказы твоего отца исполняются в точности, ленна Дана! Всеми, кроме тебя.

Девушка, стало быть, здешняя барышня.

Вот и познакомились.

– Мой отец не приказывал ничего подобного, точно знаю!

– Кто бы осмелился его ослушаться?

– Не говори чушь, экономка! Что ты ему скажешь, если Дин умрет?

– Дин не умрет. Он отдыхает, о нем заботятся!

На этом моменте я снова выпала в осадок. О бедняге заботятся?! Кто?.. Ну ладно, не будем об этом. Но – он отдыхает?! Так это ему от чьей-то большой доброты позволили тут поваляться, чтобы отдохнуть?..

– Кого еще ты поставила о нем заботиться?!

– Это вполне прилежная девушка.

Они говорят обо мне?..

– Ленна, тебе запрещено даже приближаться к дурачку! Это приказ именя! Иди к себе!

– Но ты-то не имень, чего мне приказываешь? Я все расскажу отцу. Я расскажу ему, как вы чуть не уморили Дина! Что он с вами сделает, как считаешь?

– Он в своем праве, но мы не виноваты! Иди к себе, ленна Дана!

– Ты бы радовалась, случись что с Дином! Я все расскажу отцу! Он не простит вам Дина, никому не простит!

– Его наказали, как положено! Я доложу именю, что ты не желаешь слушаться его приказов!

Барышня все норовила обойти экономку и приблизиться к Дину, но Крыса сноровисто преграждала ей дорогу.

– Вот когда имень мне прикажет, я и буду его слушаться! Пошла вон, не мешай!

– Я доложу именю!

– Да пошла же вон. Убирайся, наконец, чтобы я тебя не видела! До самого утра!

Я переводила взгляд с одной на другую, норовя отодвинуться к стене как можно дальше. Дин не шевелился и глаз не открывал.