Украсть право первой ночи

 – Как это я, незамужняя, с мужчиной рука об руку в дом зайду? Примета плохая. Будь здесь сестра ваша или матушка…

– Какая ещё примета?

– Ну как же. Примета, что никогда замуж не выйду. Есть такая примета.

– Да как не выйдешь, свадьба назначена. Старушечьи байки повторяешь, – недовольно буркнул лавочник, и потянул Марису к дому.

Она оттолкнула его, отступила в сторону.

– В дом не пойду!

– Ладно тебе, пойдём в лавку! – сдался Реддит и подтолкнул её к другим дверям. – Конфет себе возьмёшь.

Хотя я вам уже щедро отсыпал…

Нет, плохого Мариса всё-таки не ждала. Ну не должно бы, чтобы вот так! Это ведь неприятности не только ей, но и названому отцу, дядюшке Фуртафу. Ей полдня позора, да и то многие посочувствуют, а мельнику придется раскошеливаться. И это после свадьбы дочери! Фуртаф его не простит. Так что не решится Реддит с ним рассориться. И потом, все денежки от графа он себе уже выговорил.

Все равно Мариса доверяться жениху не собиралась, и спиной к нему поворачиваться – тоже.

Пока она не жена, а потом – успеется. В дверь прошла первой – но искоса не переставала поглядывать…

– Вон конфеты, – он показал на коробку. – Выбирай!

– Спасибо. Я такое не люблю, – покачала головой Мариса. – Мне сказали, что надо помочь. Записывать что-то в книгу. Я готова.

Она прикинула, что стоять за конторкой спиной к стене – это ничего, вполне приличное и безопасное положение.

Реддит тем временем задвинул задвижку на двери и обернулся:

– Ну вот… – он смерил её плотоядным взглядом, от которого все её рассуждения могли гореть ярким пламенем.

Она уже отошла к стене, встала за конторку. С досадой подумала – и зачем вообще пришла? Пусть бы хоть разругалась мельничиха с Реддитом – ей что за беда?

Теперь Мариса смотрела на него прямо, он увидел её лицо целиком и недовольно поморщился.

– Зачем же вы дверь заперли? – притворно удивилась она. – А вдруг покупатели придут?

– Постучат! И вот что, я со своими делами и сам справляюсь, – буркнул он.

 – Конфеты, говоришь, не нравятся? Как знаешь. Хочешь помогать – вон, полы помой. За дверью ведро и тряпка. Иди, ну?..

– Нет, полы мыть я не стану, – тут же отказалась Мариса, – я пока вам не жена. Стану женой – тогда и буду мыть. Может быть…

Лавочник тяжело выдохнул.

– Дерзкая ты. Надо поразмыслить, такая ли мне нужна? Другая на твоём месте постаралась бы, подластилась…

Мариса на это только кивнула – услышала, дескать.