Серебряная Птичка

– Это не секрет, – сказал кандриец, – я не прячу лекарства. Они позволяют людям выживать, а смертей и так слишком много. Ты разбираешься в лекарских зельях, девочка? Учишься у знахарки?

Она утвердительно кивнула.

– Потом дам тебе пропись зелья, если хочешь. Приходи. Я Найрин Кан, тебе тут скажут, где я. Возьми с собой брата, отца. Или мужа? С кем ты живёшь?

– У меня нет ни того, ни другого, ни третьего, – Челла посмотрела ему в лицо. – Я сирота, милорд.

– Но кто тебя опекает? Захочу посватать – к кому обратиться? – пошутил он.

– К тани Юне, к кому же ещё! – Челла отчего-то развеселилась. – Только не верю я, чтобы сиятельный господин решился ко мне посвататься!

– Я сказал – посватать тебя, а не посвататься, – поправил он с улыбкой. – Мало ли для кого!

И добавил серьезно:

– Вокруг меня много мужчин, девочка. И вообще их теперь тут прибавилось. Не ходи по замку одна.

Он говорил только с ней. И взгляда не бросил на замершую служанку, и про примолкшего племянника тоже как будто забыл.

– А что касается зелья, на него надо бы заклятье накладывать. С ним лучше. Твоя знахарка сможет? – вот теперь в его глазах мелькнул неподдельный интерес.

Челла чуть не бросила, что и сама смогла бы. Усилить заклятьем лекарское зелье – это легко! Но вовремя вспомнила, что кандрийцы по-особому относятся к колдунам, считают, что обычные люди колдовать не должны. Тогда лучше не надо…

– Не знаю, – сказала она. – Но могу спросить. Что такое зубы демона, которые в зелье?

– Это такие камни, их находят в реках с песчаным дном.

Они заострённые, как зубы. Или как пальцы. Как твоё имя, девочка?

– Милорду нельзя знать…

– И как же ты назовёшься, когда придёшь? – теперь он улыбнулся.

– Как получится, милорд. Но вы поймёте.

– Гм… – Делин Кан кашлянул в кулак. – Дядя Найрин, а давай всё-таки рану волчице лечить?

– Давай, – и Найрин шагнул в Урре, присел на корточки. – Дозволишь убрать повязку, знахарка?

Челла подошла, опустилась на колени и сняла повязку сама. И настороженно наблюдала, как он кладёт ладонь на шею зверя, легонько щупает, прислушиваясь – знахарь? И точно не пустой.

То есть и у него самого есть какая-то сила? Осматривает рану, почти не прикасаясь, удовлетворенно кивает, густо посыпает серым порошком из флакона…

– Можешь перевязать. Но я бы оставил рану открытой. Следи, чтобы рана подсохла и не опухала, если что – позови. Посыпай этим порошком трижды в день. Волчица будет много спать, это всего лучше. И чтобы она пила.