Шут и слово короля

Ваш супруг, как известно, взял на себя труд устроить её будущее.

Побледневшая Аллиель поклонилась королеве, та смотрела на неё с жалостью, а губы короля сжались в жесткую линию.

– Да ваша дочь просто красавица, граф! – заявила Астинна. – Я хочу, чтобы она была моей фрейлиной. Я позабочусь о ней.

– Вы очень добры, ваше величество, – Граф поклонился, – просто девочке повезло в том, что она похожа на свою мать. Но ей, увы, только одиннадцать лет. Согласно уложению о придворной службе, фрейлине не должно быть меньше тринадцати лет.

– Да? – Астинна нахмурилась и опять оглянулась на мужа.

– Да, это так, дорогая моя, – подтвердил тот. – Леди Аллиель должна еще два года проучиться в монастырской школе, а потом она, конечно, станет фрейлиной. Ты же понимаешь… именно я должен буду устроить её будущее.

В эту минуту Эдин, кажется, возненавидел короля, а Граф – тот лишь безмятежно улыбнулся.

– Именно так, ваше величество.

Тут король обратил внимание на Эдина.

– Так это тот мальчик, о котором нам рассказывали в Калье? Которому благоволят ваши семейные привидения, граф?

– Получается, так, ваше величество, – ответил Граф.

 – Его зовут Эдин… Вентсивер. А семейные привидения – увы, лично ко мне они не очень-то благоволят, я не видел их никогда в жизни.

Король шагнул к Эдину, приподнял рукой его подбородок.

– Гм. Благородные черты, я бы сказал. Это ваш родственник, лорд Кан?

– Нет, ваше величество. Но я имею все основания считать его происхождение благородным.

– Это понятно. И черты лица, и сложение, вы только посмотрите! – король поднял руку Эдина, держа её за кисть. – А длина голени – ну-ка, покажи ногу! – Эдин отставил в сторону ногу, недоумевая, что там можно рассмотреть, – лорд Кан, давайте откровенно, кто его родители?

Граф улыбнулся.

– Ваше величество, ваше умение разбираться в статях породистых лошадей всегда меня восхищало. Сам я в этом профан, как известно.

Король удивленно посмотрел на Графа, как будто решая, рассердиться или нет, и вдруг раскатисто рассмеялся, и Граф тоже, их смех подхватили придворные – как будто случилось нечто чрезвычайно забавное.

Королева лишь неловко улыбнулась, и Эдин был ей за это благодарен, сам он не видел в происшедшем ничего смешного. Аллиель, кстати, тоже не смеялась, она подвинулась к Эдину и взяла его за руку.

– Так чей это бастард, лорд Кан? – отсмеявшись, повторил король. – Конечно, бастард, и наверняка с хорошей кровью.