Путь домой. Лонвейт

Именно Монсар убил вашего брата.

Взгляд Эмилии потяжелел, и в какой-то момент герцог решил, что ему удалось сделать для неё открытие, что он смог направить этот испепеляющий гнев в правильное русло, но ответ маркизы был разочаровывающее сдержан:

– Я сама разберусь.

– Любезная маркиза, позвольте мне помочь вам. Я могу помочь вам призвать негодяя к ответу.

– Избавьте меня от вашей помощи, Ваша Светлость. Никогда не забуду, как вы помогли моему Людовику.

– Позвольте, я не понимаю!

– Ведь это именно вы посодействовали его браку с Анной де Шероль, так?

– Это было его заветным желанием! И не говорите, что не знали это.

– Значит верно люди горят, что самое страшное наказание – это исполнение нашего желания?.. Нет, Ваша Светлость, нам с вами ходить разными дорогами. А теперь прошу простить меня, я очень устала.

И Эмилия встала полуоборотом к двери, однозначно давая герцогу понять, что ему больше здесь не место. Гордость герцога была смертельно уязвлена, он почувствовал прилив страшной ярости и развернулся к хозяйке дома с решительным намерением, наконец-то, поставить на место эту взбалмошную девчонку, напомнить ей, с кем именно она так дерзко разговаривает.

Но тут вдруг эта уже готовая разразиться буря… погасла – ведь в глазах Эмили стояли слёзы, а губы открыто дрожали в плохо скрываемых судорогах плача. Неприступная маркиза де Рельгро вдруг предстала перед ним раздавленной горем слабой беззащитной женщиной, находящейся на грани истерики. Не выдержала. Эта произошедшая с Эмилией перемена изумила и даже смутила герцога.

Верно распознав происходящее, Эжен поспешил встать и, превозмогая хромоту, подошёл к Эмилии. Ещё миг, и она упала ему на грудь, а он крепко обнял её. Герцог поднял удивлённые глаза на виконта, тот, тоже невыразимо печальный, неопределённо повёл головой:

– Очень прошу, Ваша Светлость, простите нас! Но роль гостеприимных хозяев сейчас нам совсем не под силу. Молю о вашем великодушии, понимании и снисхождении…

Герцог как-то в оцепенении кивнул и… стремительно направился к выходу.

Его праиэры, все время разговора притворявшиеся статуями, Фил и Глен, незамедлительно последовали за ним, но всё же Эмилия успела поймать взгляд выходившего последним Глена. Она, как и просил Эжен, старательно не замечала Виктора всё время разговора, но этот последний миг упустить не могла. Да, один только миг, но словно состоялась длинная беседа…

Как только дверь захлопнулась, Эмилия решительно отстранилась от Эжена.