Верни моей душе крылья

Да, верно! Он даже сказал, что вы были разлучены в раннем детстве, и что вас, Антуан, усыновил какой-то дворянин. Они с Эженом узнали это где-то в Грандоне, вот только имени этого дворянина никто там не смог им назвать.

Антуан веско кивнул:

– Всё верно с двумя поправками, тогда в Грандоне меня нашёл наш настоящий отец. И ещё… От рождения нас… четверо.

– Что?! Четверо?! – изумилась мадам.

По её реакции Антуан понял, что про Жана она прежде не слышала. А вот её сыновья реагировали иначе, возможно с ними близнецы были откровеннее? И Антуан решил проявить осторожность, запастись терпением.

Ещё раз обжечься, как это случилось с Жюлем, он не хотел. Потому он переключил всё свое внимание на мадам Бефо и рассказал благодарной слушательнице драматическую историю их семьи. На мальчишек Антуан смотрел лишь изредка. Они слушали, в буквальном смысле слова открыв рты, порой многозначительно переглядывались, и это утвердило Антуана в его догадке – мальчишки знают больше матери.

– Вот такая у нас история, если излагать её кратко.

– Ну да, очень кратко… – вдруг буркнул старший из мальчишек, Поль.

– Что ты хочешь сказать, сынок? – нахмурилась мать.

Тот насупился и не ответил.

– Я говорю правду, Поль, – Антуан решился обратиться к мальчишке напрямую, – Спрашивай, что хочешь. Слово даю, отвечу честно.

Глаза Поля удивленно расширились, было видно, как ему сложно смотреть в это лицо и при этом видеть кого-то другого, пока незнакомого, но он всё-таки решился:

– А почему Эжен не любил вас, сударь? Я слышал, он открыто пару раз назвал вас…

– Как? Как назвал?! – Антуан даже подался ближе.

– Выродком! – вдруг выпалил младший брат. Сказал и испугался, так грозно посмотрела на него мать.

Что ж, слово не воробей… И Антуан с пониманием кивнул:

– Виктор тоже… ругал меня?

– Нет! Виктор ругал Эжена. Говорил, что нельзя так говорить о брате, которого они даже не знают, – нахмурился Поль.

При таких словах мальчишки Антуан не удержал горький вздох:

– Не знают?! Значит ли это, что Эжен не сказал ему?.

. – эта догадка поразила Антуана, она требовала внимания, и юноша решил вернуться к этому позже. А пока перед ним был Поль, – Видишь ли, приятель, у Эжена были причины сердиться на меня, – и, переведя дыхание, юноша поведал им историю своих встреч с Эженом, правда сокращённую их версию. Но и этой краткой версии хватило, чтобы ужаснуться.