Верни моей душе крылья

Он никогда не выказывал желания лишний раз показаться на глаза герцога. Всё только в рамках необходимого. Думаю, он и в праиэры-то выбился лишь для того, чтобы выйти из-под гнёта Ламороу. Нашёл своё место, и всё.

– Признайся, Пит, он тебе нравится, верно?

– Пожалуй, – и брианец пожал плечами с деланным равнодушием.

– Вы дружны? – рискнул предположить Антуан.

И тут же во взгляде Пита мелькнула молния:

– Нет. У меня нет друзей! – отрезал брианец, и взгляд его снова стал нестерпимо острым, – Когда же ты это усвоишь?!

– Это неправда, а значит я и не могу это, как ты говоришь, усвоить, – пожал плечами Антуан, – Ты прячешь свои привязанности очень глубоко, но они есть, я знаю.

Да ладно, не переживай ты так… Лучше расскажи мне о вашем четвёртом. Как его зовут? Глен?

Пит отрицательно повёл головой:

– Мне больше нечего рассказать.

– Брось, Пит! Расскажи мне про этого Глена! Чего в нём больше, Рона или Фила?

Пит сощурился:

– Не знаю. Он недавно с нами.

– Насколько недавно?

– Герцог принял его на службу в тот день, когда Эжен сбежал из-под его опеки, выпрыгнув из окна дома Рельгро.

В тот раз только Глен смог противостоять Эжену. Они сцепились в зале Рельгро, и это был редкий по красоте бой. Тогда только Глен решился прыгнуть из окна следом за Эженом. Ты это видел, как я понял.

Антуан почувствовал, что находится на пороге великого открытия, его сердце начало бешено колотиться, и теперь все его силы пошли на то, чтобы скрыть это вдруг охватившее его волнение.

А тем временем Пит, погрузившись в воспоминание, пристально рассматривал рисунок на своём бокале. Через пару секунд он усмехнулся каким-то своим мыслям и продолжил:

– Получается так, что герцог оценил эту его прыть и перекупил у барона.

– Так Глен испайронец? Он из слуг барона?!

– Да. Он, если не ошибаюсь, племянник Карлоса, правой руки барона.

– И барон вот так просто отдал герцогу такого отменного воина?!

– Возможно, барону достаточно Карлоса. А, может быть, он просто захотел угодить Его Светлости.

Так или иначе, но, когда Глен выразил готовность пойти на службу к герцогу, барон не стал его удерживать, – просто объяснил Пит.

А перед внутренним взором Антуана уже возникло лицо Глена, его глаза, в тот вечер, вечер гибели Эжена. Сначала этот необъяснимый обморок, потом пробуждение в своей комнате и вдруг эти СИНИЕ глаза!!! Сколько же в них было боли!!!

«"Что-то мне говорит, что ты ещё не окончательная скотина, но это тебе виднее.