Часовой ключ

Потому Василиса очень обрадовалась, что все-таки поедет в летний спортивный лагерь благодаря доброте и настойчивости тренерши – отдохнет от кошачьего царства.

В ту сказку, что отец когда-нибудь приедет за ней, Василиса перестала верить лет с восьми. И прекратила писать ему письма, когда нашла в шкафу под полотенцами толстую пачку: ни одно послание опекуншей отправлено не было. Скорей всего, после исчезновения мамы отец предпочел забыть о дочери – вот и вся «работа».

Василиса знала, что Марта Михайловна получала какие-то деньги, кроме пенсии.

Раз в месяц опекунша посещала местное почтовое отделение и возвращалась с большими пакетами сухого корма и других кошачьих деликатесов. Для Василисы всегда имелась маленькая шоколадка. Кроме того, Марта Михайловна покупала обязательную бутылочку коньяка, которую вечером и выпивала, становясь очень сентиментальной: гладила Василису по голове, рассказывала истории из своей молодости, а потом засыпала и почивала целые сутки, а иногда и больше.

И вдруг Марту Михайловну хватил удар – сердце не выдержало: пропала ее любимая кошка Стрелка.

Старушку отвезли в больницу, а что делать дальше с Василисой – решительно никто не знал.

Прошло две недели, и девочка по-прежнему жила одна в квартире. Соседка тетя Галя приносила еду и даже давала деньги на расходы, нарочито громко, на весь подъезд, жалея девочку и выдвигая планы по устроению ее дальнейшей судьбы. Лешка тоже не забывал приносить что-нибудь вкусненькое, но вот от его денег Василиса решительно отказывалась.

Собственно, девочка потихоньку начинала подумывать, что, может, ее просто оставят в покое, и она будет жить как-нибудь сама – например, на настоящую работу устроится…

Чтобы отвлечься от грустных мыслей, Василиса глубоко вздохнула и радостно произнесла:

– Ольга сказала, что я точно еду в лагерь, представляешь?!

– Здорово! – обрадовался Леша. – Наша команда тоже едет. Тренер больше всего желает, чтобы летний Кубок стоял у него в учительской у всех на виду.

Они рассмеялись почти одновременно и от этого захохотали еще громче.

И так, болтая о всяких мелочах, не заметили, как почти дошли до своего дома. Оставалось лишь пройти вдоль забора, ограждавшего детский сад, и…

– Эй, малявки!

Они обернулись. Ну надо же – Инга, и не одна, а со своим парнем – Витькой-боксером. У Василисы вмиг похолодела спина от нехорошего предчувствия.

– Мне кажется, рыжая-бесстыжая, ты забыла извиниться! – сладким голосом пропела Инга.