Шаги в пустоте

Это очень хороший знак…

Они сидели на каменной ограде какого-то дома. В небе ярко светила Луна, и Тима клонило в сон. Впрочем, наверное, он просто устал после испытания.

Тимур рассказал ему, как это выглядело: когда до тернии оставалось метров пятьдесят, Тим вдруг рухнул посреди дороги, и разведчик оттащил его к ограде.

– Ты словно превратился в куклу со стеклянными глазами. Взгляд стал пустым и отрешенным. Я сразу понял, что тебя позвала Арракис. Ты молодец, парень, – уважительно добавил он. – Может, тебя оберегают ранние силы или память предков, которую ты просто еще не распознал… Но пока что ты на верном пути.

– А почему вы не сказали мне, что люди-звезды не были сном? – припомнил Тим, косо глянув на разведчика. – Я уже подумал было, что совсем здесь умом тронулся.

Тимур заулыбался.

– Разве ты не помнишь? Арракис просила не вмешиваться. Ты должен был пройти испытание сам. И, слава звездам в вышине, прошел его. Я горжусь тобой, сынок.

– Ясно, – пробормотал Тим, польщенный. К тому же Тимур назвал его сыном, и от этого простого и привычного слова на душе как-то потеплело.

Эх, как бы он хотел иметь такого отца…

Он снова подумал про своих родителей – мать, которую почти не помнил, и отца, сумевшего вырастить его, но все-таки испугавшегося мести лунатов. Вначале накатила уже ставшая привычной обида, но вдруг отступила. Вместо нее появилась боль. За ней пришли гнев и ярость. Но не на родителей, а на тех, из-за кого это произошло, – на лунатов. Ведь именно они выслеживали детей-лунастров, и все из-за этого загадочного Часа Затмения, когда одна из двуликих рас войдет в новый мир…

– А теперь послушай меня, Тим, – вернул его к действительности голос Тимура, ставшего вдруг необыкновенно серьезным.

 – Советую пока что никому не рассказывать об Арракис. Это очень важно. Ни друзьям, ни врагам. Ни даже Йозефу, вообще никому. Ты должен пройти обучение тайно, иначе тебя просто убьют до того, как ты станешь по-настоящему сильным. Арракис все-таки согласилась обучать тебя, но даже она еще сомневается. Все должны думать, что ты всего лишь мальчишка, которому повезло однажды обратиться сильвебром. Я буду тянуть время, сколько смогу. Но многое зависит от твоего молчания, ты понял?

Тим напряженно кивнул.

– Да, я все понял.

Он вдруг ощутил себя невероятно счастливым – словно долго брел в темноте и внезапно вышел к свету, к сияющим звездам, туда, куда стремился с самого рождения. А все потому, что теперь у него была цель.