Сонный Дом

 – Но к вашему дому вела такая чудесная дорожка…

– Он вас не видит и не слышит, – вдруг произнес кто-то сверху, кажется, с веранды. – Это шатун, он пришел из другого сна.

– Шатун? – переспросила Фини, с удивлением разглядывая человечка.

Но тот вдруг превратился в красный воздушный шар и улетел.

– Да, шатун, – подтвердили с веранды. – Он вылетел из своего сна и заблудился. Здесь их много бродит, прилетают со стороны Безмятежной долины. За ними охотятся дримы – хищные птицы Властителей, знаешь о них? Некоторые соннэры крадут энергию шатунов, чтобы потом птицы-ткачи сплели из нее новые сны, новые образы… Послушай, может, подойдешь ближе? А то мне кажется, будто я разговариваю сама с собой.

Фини с готовностью поднялась на веранду. Там в синем плетеном кресле сидела длинная разноцветная шаль квадратиками и вязала саму себя.

– Меня зовут Фини, – сказала девочка, стараясь не выглядеть удивленной. В конце концов, шатуны вообще похожи на огромные бегающие картофелины, а это всего лишь, хм… говорящее вязанье.

– Да неужто? – Шаль прекратила махать спицами. – Фини – твое главное имя?

– Думаю, что да, – честно ответила Фини.

Она твердо решила ничему не удивляться. Тем более что возле нее пролетела стая крохотных зеленых кроликов, машущих своими длинными ушами, словно крыльями. Один из них держал в лапках маленькую дамскую сумочку.

– Мне пока не нравится, коротковато, – заявила Шаль и вновь принялась за вязание. – Вот у меня десять имен, и самое короткое из них – это Шаль-Которая-Сама-Себя-Вяжет.

Фини неопределенно помотала головой. Она вспомнила свое обидное прозвище Финька-синька, которое было длиннее имени, но выражало куда меньше. Хотя, признаться, иногда ей тоже казалось, что имя Фини коротковато.

– Ты любишь сны? – вдруг спросила ее Шаль-Которая-Сама-Себя-Вяжет.

– Конечно, – не задумываясь ответила Фини. – Мне здесь очень нравится.

– То есть ты понимаешь, что находишься во сне? – продолжала допытываться Шаль.

– Всегда, – кивнула девочка. – Я люблю путешествовать во сне. Но это мой первый сон, где я с кем-нибудь разговариваю. Обычно я всегда одна…

– А за что ты любишь сны?

Фини подумала.

– Наверное, за волшебство. Здесь, во сне, можно вообразить что угодно.

– Ну хорошо… А за что ты любишь само волшебство?

Очевидно, ответ был очень интересен Шали, потому что она снова перестала себя вязать.

Фини оглянулась вокруг.