Зарисовки одной дамочки

Вот котик и решил, что там мышка завелась и пришло время охоты. После этого случая Александр спал только в пижамных штанах и снимал их по великим для Кати праздникам.

И еще о Тимофее…

Однажды Маня, у которой дома начался ремонт, на несколько дней переехала к Кате. На следующее же утро из комнаты, где спала гостья, раздался душераздирающий крик. Когда Катя влетела в комнату, то не поверила своим глазам: Маня, на груди которой развалился Тимофей (весивший не менее тридцати килограмм), пробует смахнуть его с себя.

Не тут-то было – кот, прижав уши к голове и приоткрыв пасть, еще больше вжался в тело миниатюрной женщины.

Увидев Катьку, Маня заорала еще больше:

– Убери! Убери его с меня! Дышать не могу!

Катя, подхватив кота, попробовала оторвать его от одеяла, но тот, выпустив когти, всеми четырьмя лапами вцепился в него еще крепче. Наконец ей удалось оторвать Тимофея от подруги, правда, вместе с одеялом, на котором он и распластался.

– Мальчик мой, разве так можно, – целуя кота в макушку, ворковала Катерина, пока тащила его на кухню, крепко держа обмякшую тушку своего «сыночка» под верхние лапы.

 – Мы же с тобой вчера говорили, что в гостевую комнату входить нельзя.

В ответ Тимофей вяло махал своим толстым хвостом и с удовольствием жмурил грязно-желтые глаза, когда его нижняя часть ударялась о Катины коленки.

Позже в кухне Маня возмущалась:

– Ты не поверишь! Видимо, когда этот паразит прыгнул мне на грудь, мне приснилось, что все мои «бывшие» одновременно упали на меня сверху.

До сих пор дыхания не хватает. Словно бетонная плита на груди лежит!

Дарья, которой пришлось прислуживать сразу двум дамам, была возмущена не меньше кота, насильно оторванного от теплого женского тела. Она закатила истерику:

– Я нанималась для работы с одним человеком! – вопила Дарья с перекошенным лицом. – У меня не десять рук! Я за одной не поспеваю! А тут еще другая на голову свалилась, да еще и кот размерами с сенбернара!

Катерина тут же вспылила:

– Не нравится – убирайся! Плакать никто не будет! Я еще устрою твоему агентству разборку – подсунули не известно что! Делать ничего не умеет и еще права качает!

Орали они долго.

Маня даже попыталась встать между ними. Наконец, когда все затихло и Катя в развивающемся халате, с сигаретой в зубах, нервно вышагивала по кухне, а Дарья, хлюпая носом, делала вид, что оттирает «фамильное серебро», Маня сказала:

– Кать, ты не волнуйся. Сейчас все сами сделаем.