Писательский биатлон

Правильно прожитых – исключительно в её, Василины Марковны, понимании.

В свои неполные пятьдесят она имела трёх ныне покойных мужей, кошку, фикус и неиссякаемый фонтан жизнелюбия и энергии. Но что-то в последнее время фонтан начал пересыхать, а настроение – прыгать неугомонным сверчком.

Задумчиво помешивая в кружке чай, Василина Марковна размышляла о бренности сущего. Вздохнув, отложила недоеденную сушку. Возвышающиеся пышной горкой румяные оладушки и светящееся янтарём яблочное варенье тоже не радовали.

Василина Марковна заскучала. А это означало только одно – пора искать кандидата на вакантное место мужа.

Поняв причины своего состояния, Василина Марковна решила не откладывать в долгий ящик «лечение» и не надеяться в таком важном вопросе на судьбу. Сарафан в бордово-красных тюльпанах с рюшами по подолу, ярко-алая помада и маленькая соломенная шляпка должны были стать несокрушимым оружием в борьбе за женское счастье.

Придирчиво оглядев себя в огромное зеркало, ибо другое просто не могло отразить такую красоту в полном объёме, Василина Марковна осталась довольна.

«Хороша!» – Она игриво подмигнула своему отражению и величаво выплыла на охоту.

Замужество – дело серьёзное, поэтому Василина Марковна отнеслась к предстоящему мероприятию с чувством, с толком и со всей ответственностью. Наученная большим житейским и семейным опытом, она твёрдо знала, какого мужчину хочет видеть подле себя в этот раз. Пока же Василина Марковна строила матримониальные планы и присматривалась к потенциальным женихам.

Главное – цель есть, направление выбрано, а остальное – дело времени.

Первый брак Василины Марковны случился по большой и горячей любви. Крепенькая, как румяное яблочко, с копной медно-рыжих волос девушка покоряла решительным взглядом и заливистым смехом. А как она пела! Сочное контральто никого не оставляло равнодушным. Уже тогда юная Василина поражала проницательностью и развитой не по годам особой женской мудростью.

Она по-доброму посмеивалась над робкими ухажёрами и смело давала от ворот поворот особо ретивым.

Но и её не миновала сия чаша, имя которой любовь. Первая, наивная и трепетная. Долговязый студент-очкарик покорил сердце голубоглазой валькирии. События развивались стремительно, всё случилось легко и как-то само собой. Родители одобрили выбор любимых чад и вскоре зазвучал марш Мендельсона, и зажили молодые тихой семейной жизнью в студенческом общежитии.