Астро-Сказочный Подвох

Само собой разумеющимся это было потому, что Генри прекрасно знал, что сирены именно этого озера зарабатывают на жизнь тем, что сочиняют баллады для трубадуров всего нашего королевства. И столь же прекрасно понимал, что сюжет о благородном герое, вступившимся за честь прекрасной дамы – обязательно заинтересует охочих до слезливых, любовных историй хвостатых певуний. А то, что при этом он ещё и проиграет дуэль, будет воспето ими в веках как роковая несправедливость судьбы, более благосклонной к наследным принцам, чем к благородным рыцарям!

Но справедливость будет восстановлена тем, что девушка, тем не менее, достанется благородному герою!

Зал рыдает! Занавес опускается…

И вот мы на месте.

Я, Генри де Котуар, его лучший друг Мишель де Секур, мрачное и очень недовольное Высочество, а также два его лучших друга Джон де Мендельтон и Эрик фон Кордунтер, который, кстати, глава тайной полиции.

Роли участников ясны как белый день: я – зритель, болельщик и причина дуэли, Мишель и Джон – секунданты, мрачное Высочество и Генри – дуэлянты, Эрик – распорядитель.

Следуя традиции, прежде чем объявить начало дуэли, Эрик хорошо поставленным голосом меланхолично возвестил: – Рауль де Ларуан и Генри де Котуар, прежде чем мы приступим к дуэли, я должен у вас спросить, не желаете ли вы обсудить возникшее между вами недоразумение и разойтись миром?

– На кону честь любимой мною девушки! Я настаиваю на дуэли! – тут же заявил Генри, послав мне воздушный поцелуй и поклонившись улюлюкающим и аплодирующим сиренам.

– Ты и сам видишь, Эрик, что у меня просто не остаётся другого выбора… Я вынужден участвовать в этом фарсе! – раздраженно-скучающе возвестил в ответ на это мой фиктивный жених.

– Генри вы имеете право назначить, когда эта дуэль закончится! – перевёл распорядитель свой взгляд на второго дуэлянта.

– Я уступил мольбам моей прекрасной дамы и пообещал ей, что эта дуэль закончится, едва только прольётся первая капли крови! – высокопарно сообщил Генри, галантно кланяясь мне.

Мрачное и подозрительное Высочество при этих его словах стал ещё мрачнее и подозрительнее.

– А как насчёт того, чтобы вообще обойтись без крови? – с надеждой в голосе поинтересовался Эрик и посмотрел на Его Высочество.

– Я не против! У меня нет претензий к графу! – пожал плечами тот.

– Он оскорбил и унизил красивейшую, добрейшую, благороднейшую… – Генри послал мне страстный воздушный поцелуй.