Осторожно! Влюбленная ведьма!

– Спиритический сеанс?! Опять! Вы же мне в прошлый раз обещали… Вы клялись мне, что больше никогда! – с места в карьер незадачливых спиритуалистов приветствовала Верховная ведьма, едва только первый из них шагнул из окна телепорта в её кабинет. – Это просто возмутительно! Это ужас какой-то! Сил моих на вас нет! – нервно расхаживая взад и вперед и возбужденно размахивая руками, изливала свой праведный гнев почтенная дама. – Кэссиди! – резко затормозила она возле самой злостной нарушительницы правил академии.

 – Кэссиди Колдингс! Что же касается вас! То вас я более не задерживаю! Вы теперь не моя головная боль, а его! – резко выкинув вперед руку, указала она на Александра Каролинга.

– Что-ооо? – переспросила девушка, решив, что ослышалась. Однако одного взгляда на кислое лицо разбившего её сердце мерзавца было достаточно, чтобы понять: Верховная ведьма не шутит. – Но как? – растерялась она. – Но почему?

– Потому что согласно воле ваших родителей мистер Каролинг теперь ваш опекун.

И потому что все бумаги в полном порядке! – отчеканила старая ведьма.

– Но я его впервые в жизни вижу и не знаю, кто он… – слабым, тоненьким голоском испуганной маленькой девочки залепетала Кэссиди, приобщив к данному сообщению умоляюще-заклинающий взгляд.

Девушка просто поверить не могла в происходящее. Её родители никогда бы так не поступили! Она была уверена, что это какая-то ошибка.

Чудовищная ошибка! Это или глупый розыгрыш её братца-приколиста или же просто Вайтхэт решила её проучить! И гад Каролинг из мести за её детские проделки согласился кому-то из них подыграть! Всё, что ей надо это связаться с родителями! А для этого ей надо выиграть время.

– Я клянусь, что это был последний раз, когда я причинила вам беспокойство, госпожа Вайтхэт! – взмолилась она. И изображая кающуюся мученицу, заломила руки. – Только, пожалуйста, не отдавайте меня ему! Я не знаю его! – простенала девушка, опасливо покосившись на «него».

 – Можно я пойду в мою комнату, пожа-ааалуйста?

В надежде, что Верховная ведьма не устоит и пожалеет её, последнюю фразу Кэссиди произнесла, придав своему тону истерические нотки, а своему взгляду затравленное выражение глаз жестоко избитого бездомного щенка.

– Пожа-аааалуйста!!! – дружным хором поддержали её также Пенелопа, Альберт и Фрэнк.