Ты – моё Настоящее Новогоднее Чудо!

Меня совесть замучает.

Дардьяну очень не нравилось лгать Софии. Но разве мог он сказать ей правду?

Правду, которая заключалась в том, что он разыскивает не девушку, а душу девушки, причём из другой реальности. Душу, которая, к тому же вполне могла вселиться в любое тело, в том числе и мужское. Вот и пришлось ему придумать историю, которая бы не только объяснила Софии его интерес к пациентам больницы, но и то, почему он не пытается приударить за ней самой.

– Конечно, не можешь, – продолжала насмехаться над мужчиной собеседница.

 – Девушка ведь хорошенькая! Ты сам сказал.

Дракон в очередной раз сделал вид, что смутился.

– Да, хорошенькая, – кивнул он. – Но даже, если бы она была дурнушкой или старушкой, хочешь верь, хочешь нет, я всё равно бы её искал, чтобы отдать столь ценную вещь!

Дардьян многое бы отдал, чтобы добавить также, что какой бы хорошенькой разыскиваемая девушка не была, она даже в подметки не годится Софии.

Но он не мог. Не имел права.

Потому что была ещё одна правда. Правда – о нём самом.

О том, что никакой он не шведский студент по обмену, а ледяной дракон из одной из смежных реальностей. Правда, о том, что как бы ни дорога была ему София, он хочет вернуться домой. Хочет вернуться к родителям, друзьям, в привычный для него мир.

«Достаточно с неё и одного разбившего ей сердце лжеца, – самобичующе думал он. – Два подряд – это уже слишком!»

Молодой дракон был достаточно бесшабашен и авантюрен, чтобы не просто согласиться, но с энтузиазмом поддержать вмешательство Психопомпа в разум Сергея Максимовича Старцева и Юлиана Лундстрёма для того, чтобы подкорректировать им воспоминания.

Настоящий Юлиан Лундстрём просто начисто забыл о том, что когда-либо претендовал, и тем более, получал приглашение о стажировке в адвокатской конторе «Старцев».

Сергею Максимовичу же был внушен новый внешний образ его стажёра и то, что это большая удача, что в результате его случайной описки Юлиан Лундстрём приступил к своей стажировке с первого января, а не с десятого, как это изначально планировалось.

Описки, само собой разумеется, никакой не было – это Арон внёс изменение по дате прибытия в письмо-приглашение. Что же касается самого стажёра, то ему осчастливленному возможностью – даже в голову не пришло, попросить у нового шефа отсрочку в связи с новогодними праздниками.

Изначально, идея – занять место шведского студента-стажера, оформленного в штат адвокатской конторы «Старцев» – показалась Дардьяну более чем приемлемой.