Особо опасна благими намерениями

Вот только был ли это град, ему узнать было не суждено…

Поскольку не зашторенную часть окна заполнила вспышка совершенно ослепительно белого света. Само собой закрыть вовремя глаза он не успел, и потому теперь единственное, что он видел перед собой – это отплясывающие дикие танцы красные, пурпурные и фиолетовые пятна.

Алекс дёрнулся было к окну, чтобы зашторить его до конца, но передумал.

«Если я продолжу в том же духе, – остановил он себя, – то моя гостья решит, что я смущаюсь по техническим причинам…».

Эта мысль, да и сама вероятность того, что его либидо может оказаться не на достаточной высоте, показалась ему настолько нелепой, что он не удержался и усмехнулся. Точнее, не усмехнулся, потому что не мог позволить себе такого неуважения к своей гостье, а…

«Уж лучше бы усмехнулся», – с досадой подумал он уже в следующее мгновение, после того, как попытавшись удержать рвущийся наружу смешок – хрюкнул.

И при этом хрюкнул он именно в тот момент, когда желающая раззадорить своего не особо пылкого любовника гостья, призывно облизнув губы, наклонилась вперёд, дабы продемонстрировать во всей красе свою совершенную грудь.

В ответ на изданный им непотребный звук у женщины недоуменно округлились глаза. И понятное дело, что недоумевала она отнюдь не в хорошем смысле.

«Я уже как Кэсси! Хотел как лучше, получилось как всегда… – сделав вид, что поперхнулся шампанским, закашлялся Александр.

Кэссиди Колдингс, его подопечная, была опасна, по его мнению, именно своими благими намерениями. В первую очередь, правда, опасна она была для себя самой, но порой и другим более, чем прилично перепадало на орехи.

– Кэсси?! – мысленно воскликнул он. – А не связано ли это странное чувство, словно я о чём-то забыл, с ней? – встревожился он.

 – Да, нет! Если бы что-то случилось с Кэссиди, я бы уже знал, – мужчина скорчил привычную недовольную гримасу, прикоснувшись к наколотой на запястье его левой руки руне кровных уз. – И потом я ощущал бы тревогу, а не ощущение, что мне чего-то не хватает, – всё также мысленно усмехнулся он, опровергая своё предположение.