Десерт для герцога

Упрямую и своенравную девицу, дескать, никто не возьмет замуж без хорошего приданого, тратиться на приданое дочери, когда старший сын удостоился чести быть принятым при дворе? Придворная жизнь дорога.

Что ж, мать показала всем, что упрямой и своенравной ее считали не зря, и сбежала из монастыря перед самым постригом.

Я невольно хихикнула – моя мама, Ирина, тоже уехала из деревни вопреки родительской воле. Те твердили – какой медицинский, какой институт, возмечтала курица о соколином полете! Только когда она все же поступила, помогали чем могли.

А граф и графиня объявили дочь мертвой. Опозорила семью, дескать. Пока в одиночку скиталась по дорогам наверняка кто только не потрепал. Репутация погибла, замуж теперь не спихнуть, и приданое не поможет, еще и на старших тень падет. Нет дочери – нет проблемы. Можно ли искать помощи у тех, кто рассуждает подобным образом?

Но все же при мысли о родственниках в груди затеплилась надежда. Люди меняются. Вдруг граф и графиня успели пожалеть о том, что когда-то в сердцах натворили? Опять же Ева – не плод греха, а родилась в законном браке.

Правда вместе с этим браком мать лишилась права на титул и всех привилегий дворянства, и…

Надежда угасла так же стремительно, как появилась. Нет, останься мать жива, ни в одном знатном доме ее не пустили бы дальше прихожей. И меня тоже не пустят. О младших и говорить нечего – если над внучкой дед с бабкой и сжалятся, пристроив хоть на кухню, то едва ли озаботятся судьбой остальных. Даже Джулия – единокровная сестра Евы, а не единоутробная, Фил и Бланш вовсе сводные, дети мачехи от первого брака.

И все же, когда буду проходить деревню, загляну к священнику и попрошу сделать выписку из книги, в которую он заносит свадьбы, рождения и смерти. Если он не знает, что такое выписка – объясню. И для девочек и Фила тоже пусть сделает. В мире, где не существует удостоверений личности, понадобится хоть какое-то подтверждение, что я не самозванка.

В траве у обочины блеснул ручей, я свернула. Родник обнаружился совсем рядом с дорогой.

Кто-то выложил дно плоскими камнями, вода была чистой и ледяной. Я напилась так, что забулькало в животе, наконец-то смыв гадкий привкус во рту. Чтобы окончательно перебить его, разжевала листик черемши. Нарвав еще пучок, сунула в карман, привязанный к поясу под юбкой. Отличные карманы, вместительные, даже жаль, что в наше время… тьфу ты! Успею я еще этим карманам нарадоваться! Как и соскучиться по душу, канализации и прочим прелестям цивилизации.