Лиса в аптечной лавке

Как-то мне попалось описание теории, будто любая вселенная – лишь математическая структура, состоящая из набора физических постоянных и уравнений, и таких математических структур бесконечное множество. В чем-то уравнения, описывающие каждый из бесконечного множества вариантов, одинаковые, в чем-то разнятся. И если так, почему бы какому-то набору уравнений не описать законы магии? И почему бы в этом наборе не оказаться древнегреческому и латыни, как и знакомым-незнакомым мне людям?

Перед внутренним взором промелькнули кадры из «Матрицы» с бегущими символами, и я затрясла головой.

Все эти абстракции никак не хотели в ней укладываться. Всегда недолюбливала математику, а современная теоретическая физика и вовсе не для средних умов вроде моего. Поэтому незачем лезть в подобные дебри и лучше для себя принять первое, самое простое объяснение.

Я наклонилась над ведром, чтобы выполоскать и выжать тряпку и протереть дверь прежде, чем приступать к уборке внутри аптеки.

– Не следует множить сущности сверх необходимого, – наставительно сказала я себе, чтобы окончательно отвлечься от мыслей об устройстве мироздания.

В следующий миг на мою ягодицу легла мужская рука, и знакомый голос произнес:

– В приюте изучают философию? Как интересно!

Я ругнулась, разворачиваясь, и от всей души засветила нахалу тряпкой. Мужчина отступил на шаг, даже вроде бы не торопясь, а мокрая ткань вспыхнула в моих руках. Взвизгнув, я отшвырнула ее, отскакивая назад.

Алек… Ксандер ухмыльнулся, рассматривая меня. Взгляд его остановился на моих ногах, открытых выше колена, потемнел, приобретя такое знакомое выражение, и мое сердце привычно заколотилось в предвкушении.

Я отступила еще на шаг. Нет. Это просто воспоминания о другом человеке, которого я любила. Просто привычка. Просто…

– И никаких обмороков, – с ленивой ехидцей протянул он. – Все интереснее и интереснее. И силы для тяжелой работы откуда-то нашлись. Или вы ждали не меня, а это, – он указал взглядом на ведро, – такая прелюдия? Ракурс был аппетитным, ничего не скажешь.

– Еще одно слово в том же духе, и я надену это ведро вам на голову, – процедила я, отчаянно борясь с желанием немедленно осуществить угрозу.

– Что ж, попытайтесь. Это будет даже забавно.

Он вдруг притянул меня к себе, я пошатнулась, уперлась в его грудь, чтобы не упасть. Ксандер приподнял мой подбородок, лицо его оказалось так близко, что дыхание коснулось теплом кожи. Я вдохнула аромат сандала с терпкими нотками мускуса и кожи.