Проблема для некроманта – 2

Собственно, так и делают все ведьмы…

Да что он мне лапшу на уши вешает?!

– Так делают все маги! Бытовая магия – это смесь стихий! Исцеление, опять же!

– Тебе откуда знать, если дар проснулся пару дней назад и ты даже поучиться толком не успела?

– Винсент сказал. И исцелением он пользуется. Да хоть сегодня, внизу, вы сами наверняка заметили. Он тоже ведьмак?! – Я снова дернулась, и снова не удалось вырваться из объятий мужа. – Да пусти же ты, с этого параноика станется и тебя укокошить заодно со мной!

Винсент молча качнул головой – я не увидела движение, только почувствовала, когда подбородок скользнул по моей макушке.

– Скажи ему правду, – посоветовал он.

– Правду? – Я горько рассмеялась. – Чтобы меня не убили на месте, как ведьму, а повесили как еретичку?

– Какую правду? – заинтересовался Стерри. – И о какой именно ереси речь?

– Я обещал молчать, – бесстрастно произнес Винсент.

– Ну что ж, молчи, – хмыкнул профессор. Продолжил сухим лекторским тоном: – Много веков ведьмы живут среди нас, оставаясь нераскрытыми. Любой дар заметен, только когда им пользуются, увидеть незадействованный дар можно лишь у непробужденных магов за месяц-два до того, как он прорвется спонтанно…

Интересно, врет или нет? Наверное, все-таки нет, иначе Винсент бы возмутился или с самого начала потребовал проверить меня магией и отвязаться, наконец.

– Считается, что ведьм истребили, и новые появляются крайне редко. Но это не так. Я не могу сказать, сколько их благополучно дожило до глубокой старости, так и оставшись невыявленными. Впрочем, тебе это наверняка известно лучше, чем мне.

Нет, он в самом деле издевается. Или держит меня за круглую дуру, неспособную увидеть в этой логике дыру, в которую КамАЗ проедет.

– Если их никто не раскрыл, откуда известно, что ведьм немало? Это как с идеальным преступлением – нельзя сказать, существует ли оно, потому что раскрытое преступление перестает быть идеальным.

Что я несу? И после этого кто-то поверит, будто я – обычная девчонка из низов? Хотя он и так уже не поверит…

– Наставник полтора века был университетским дознавателям, – сказал Винсент.

– Ну, хоть не инквизитором, – нервно хихикнула я. – Профдеформация – страшная штука.

Винсент неровно вздохнул.

– Надо было мне сразу отправить тебя спать.