Приворотная пилюля для шефа

Взгляд метнулся к тарелке, сосед среагировал мгновенно – тут же протянул ее мне, одаривая ответной благодарной улыбкой.

– Спасибо! – Он отступил на пару шагов, создавая между нами комфортную дистанцию. Впрочем, тревоги из-за его присутствия уже как не бывало. – Я вам искренне благодарен и обязательно воспользуюсь разрешением. Доброй ночи!

С легким кивком он махнул мне рукой и двинулся к двери в дальней части коридора. Я со своей стороны запахнула свою, продолжая принюхиваться и одновременно недоумевать: и чего так всполошилась?

Мое инкогнито, а с ним и профессиональное нарушение не раскрыты.

Еще и исключила одного из троицы модификатов из списка «соучастников» моей ночной оплошности. С такими темпами я скоро выясню кто тот мужчина, что съел кекс и сегодня явно провоцировал меня, оставив аналогичное угощение на столе в обед. Кошки-мышки? О, я тоже способна показать зубки.

С чувством накатившего облегчения устроилась за столом и принялась за ужин. Как же вкусно! И как могло прийти в голову избавиться от такой вкуснятины…

Все очевидно – я с абсолютной уверенностью понимала причины одномоментной смены настроения.

Модификат использовал на мне свои улучшенные способности! И за это ему полагалось нести ответственность, мне полагалось пребывать в ярости и… планировать обвинение. Но нахлынувшая безмятежность как ничто другое поспособствовала ясности мыслей – я ела свою рыбу и совсем не злилась на Шарта Рено, больше того, испытывала благодарность за возможность спокойно проанализировать события дня.

Отринуть эмоции оказалось полезно – не принимая близко к сердцу истории пар, с которыми сегодня проводил встречи главный судья, смогла отметить нечто общее. Во-первых, все эти встречи меня впечатлили, Михал Шлейзу поразил меня своим отношением к работе – он оказался не равнодушным к чужим проблемам судьей, чем заслужим мое уважение. С каждой из пар он беседовал обстоятельно, но деликатно, в чем-то удивительно проницательно выделяя причины их проблем. Я бы так не смогла, это надо быть опытным психологом! Не помнила я подобного подхода и за Дивом, впрочем, эта сторона его работы в полной мере передо мной никогда не раскрывалась.

Свежий вкус овощей, таящее во рту рыбное филе, уютная обстановка дома, естественный свет – а я предпочитала ужинать при свечах, все располагало к миролюбивому потоку мыслей, снова и снова я мысленно обращалась к деталям встреч, опять и опять воскрешала в памяти мимику и жесты заявителей.