Код убийства

– Он у тебя в подозреваемых числится?

– Один из.

Елисеев недовольно крякнул, встал, потянулся, прошелся по кабинету и выглянул в окно.

Наступало обеденное время, и к супермаркету потянулись стайками сотрудники окрестных зданий. Ушли в прошлое судки с едой, которые приносили из дома. Теперь все предпочитают покупать готовое.

Елисеев проводил глазами группу смеющихся девушек с пластиковыми контейнерами в руках и вернулся к Беркуту.

– Эрик Чернов теперь очень большой и очень важный человек. У него такая служба безопасности, что к нему на кривой козе не подъехать.

– Пусть работает, – пожал плечами Беркут. – Если на него покушаются чужие спецслужбы, это твое дело. А вот если из-за него вторую девушку убили, то это уже мое. Я от него не отстану, пусть его хоть Кремлевский полк охраняет. Ты меня знаешь.

– К сожалению, – вздохнул Елисеев.

Ему все меньше и меньше нравилась эта история. За долгие годы он привык к тому, что взрывы в центре города – это либо вырвавшийся на свободу бытовой газ, либо сварочные работы с нарушеннием техники безопасности.

Елисеев был слишком молод, чтобы застать сведение счетов криминальных авторитетов при помощи начиненных взрывчаткой автомобилей. Об этом ему рассказывали преподаватели на лекциях и старшие коллеги на встречах. Елисеев слушал их с завистью, и ему казалось, что его работа будет вечно наполнена рутиной.

Стремительно развивающиеся события последних лет заставили его ностальгировать по той скуке.

Дело о покушении на знаменитость может отправить карьеру в стратосферу или сбросить ее в пропасть. Сначала Елисеев был рад его получить, но, чем больше он над ним работал, тем меньше оно ему нравилось.

Тут еще Беркут и его девица с альбомом. Моне ей, видишь ли, понадобился. Или Мане? Какой-то из них кувшинки рисовал, а второй… Леший их разберет, этих французов.

Девица, кстати, толковая, что редкость для свидетеля. Даже после сотрясения она довольно точно описала свою встречу с погибшей.

– Что тебе от меня нужно? – спросил Елисеев.

– Я хочу осмотреть место взрыва.

– Не возражаю.

– И мне нужно поговорить с Черновым.

– Телефон дать?

– Телефон не поможет. В прошлый раз мы не очень хорошо расстались.

– Ты обвинил его в убийстве?

– Не то, чтобы прямо в лицо. Скажи ему, что у нас совместное расследование, и что в его интересах… Ну, ты понимаешь.