Агрессор

Все почему-то думали, что я с ними здороваюсь, в ответ тоже махали, что-то выкрикивали, а если на соседнем судне компания отдыхала за столом, то вверх поднимали бутылки или бокалы. В общем, и эта идея с грохотом провалилась.

Решив, что спасение утопающих, дело рук самих утопающих, взялась за новую идею, где чужое вмешательство не требовалось, по крайней мере, именно так мне поначалу казалось. Вокруг спасательной лодки я кружила подобно акуле, что нарезает круги возле откормленного тюленя, и так к ней подступалась, и сяк, и с одного боку пыталась поднять и с другого, и под саму лодку залазила.

В конце концов, от злости пнула бесполезную вещь и выругалась:

– Как на тебе спасаться, если ты не подъёмная?!

Несолоно хлебавши, вернулась в каюту, присела на край кровати и сгорбилась. Никогда ещё себя такой беспомощной не чувствовала. Руки и ноги не связанные, кляпа во рту нет, а сделать всё равно ничего не могу.

Похоже, первую битву под названием «Ужин» Громов выиграл. Будет у него компания за столом.

Можно, конечно, встать в позу и не пойти, да только кому наврежу – исключительно  себе. Глебу-то что, он на яхте и неделю безболезненно продрейфует, у него в фирме и заместители, и помощники есть, а если я вовремя на съёмочной площадке не появлюсь, заклеймят, как негодную, и потом ни в один проект не пригласят.

Ну, уж нет. Я этой скотине Петру Тимофеевичу вытиснить меня из профессии помогать не собираюсь.

Не планировала к ужину прихорашиваться, оно как-то само собой получилось.

Душ приняла, по причине, что до этого три часа бегала по палубе, хотелось освежиться. Волосы уложила, потому как всё равно фен держала в руках, когда сушилась. Накрасилась по привычке. Ну а когда ты уже при макияже, да при причёске и наряд соответствующий выбираешь. Надела молочный брючный комбинезон и босоножки на высоком каблуке, чтобы Дюймовочкой себя рядом с Глебом не чувствовать, хватит и того, что его масса тела мою раза в два превышает.

Разумеется, опоздала, и не на пятнадцать минут, что в принципе допустимо, а на целых полчаса.

Мелкая, но всё же месть.

Ужин Громов организовал на верхней палубе, под навесом и с учётом того, что когда я соизволила присоединиться, мужчина сидел перед полной тарелкой и с аппетитом ел, он успел сделать вывод, что его «гостья» упёрлась рогом и уже не появится.

Под пристальным взглядом Громова подошла к столу, демонстративно покосилась на кресло и кашлянула: «Мол, чего сидишь, давай отодвигай».